Лоенгрин, рыцарь Лебедя

Вступая в Орден, каждый забывает о своем происхождении, привилегиях, высоких родственниках, своем древнем роде. Зато каждый приобретает такую семью, которой никто на свете не может похвастаться…

Она слушала внимательно и с напряжением, недоумевая, зачем он ей это рассказывает, все время страшилась, что какой-то пункт устава все-таки заставит его уйти, молилась всей душой, чтобы этого не случилось, а она сделает все-все, что этот дивный рыцарь захочет и восхочет…

– Так вот, – сказал он, – ты должна принимать меня таким, каков я есть, и судить меня по моим поступкам.

Ты не должна допытываться о моих предках, моем роде, моем происхождении! Человек сам отвечает за свои деяния. Славные предки ни при чем, и благородное происхождение не может служить защитой или быть чем-то весомым в споре или других делах.

Ее сердце едва не взорвалось от нахлынувшего ликования. Она чувствовала, как жаркая кровь бросилась в лицо, прилила к щекам и обожгла уши.

Она прижала руки к груди.

– Доблестнейший рыцарь!.

. Я никогда не слышала более благородных и достойных слов!.. Мне отец всегда говорил, что человека нужно судить по его поступкам, ибо простой человек бывает благороднее иного знатного, а знатный нередко оказывается мерзавцем. Да-да-да, я с великой радостью принимаю твое условие! Как и все остальные, что услышу от тебя!

Он вздохнул, в глазах все еще оставалась тревога.

– Эльза…

– Да, мой господин?

– Других условий нет…

– Но даже если бы и были! Мой господин, я клянусь…

Он остановил ее жестом настолько властным, что она умолкла мгновенно.

Его лицо оставалось строгим и торжественным.

– Погоди-погоди.

– Слушаю, мой господин!

Он произнес очень серьезно:

– Эльза, это не просто красивое пожелание. Ты должна дать клятву, что никогда-никогда не нарушишь своего обещания не спрашивать меня о моем происхождении.

– С радостью, мой господин!

– Эльза, отнесись к этому… без такой веселости.

Она вскликнула, ликуя, возносясь в счастье, что условие оказалось таким простым и легковыполнимым:

– Да, любимый! Я дам тебе любую клятву!

– Мне не нужно любую, – ответил он терпеливо, – мне нужна именно эта клятва.

– Я даю клятву, – произнесла она торжественно. – Перед лицом Господа клянусь, что никогда и ни при каких обстоятельствах не спрошу доблестного рыцаря Лебедя, благородного Лоенгрина, о его происхождении. Да покарает меня небо…

Лоенгрин прервал:

– Эльза, ни о каких карах речь не идет.