Стоунхендж

– Впереди – Британия!

Яра спросила у Олега преувеличенно громко:

– О чем это он постоянно бурчит, словно боится забыть?

– Это большое болото за Муромским лесом, – пояснил Олег очень серьезно. – Большое и туманное.

Яра удивилась:

– Муром? Он же остался на востоке! Мы должны подъезжать к Турову или Берестью.

Олег поморщился:

– Яра! Мы же на Руси.

Томас уловил что-то в голосе калики, предостережение, что ли, насторожился:

– Что за Муромский лес?

– Сейчас увидишь. Он прямо перед тобой.

Глава 2

Впереди вырастал лес, дорога нырнула под сень могучих деревьев. Лесные великаны стояли друг от друга поодаль, они не мелочь, чтобы держаться стадом или стайками. Каждый из них сам по себе кое-что значит, остальные деревья это знают. Как и всякие там коротко живущие люди, звери и птицы.

Яркие лучи пронизывали редкую листву огненными стрелами. На земле двигались солнечные пятна, едва успевая за ветками, которыми, как щенок тряпкой, играл ветер.

Когда деревья раздвинулись, они невольно придержали коней.

Поляна была с небольшое поле, трава вытоптана, а посредине гордо стоял исполинский дуб. Такие дубы вовсе высятся на просторе или же делают вокруг себя поляны, ветвям нужен простор, но этот дуб был особый…

Томас выругался, лошадь под Ярой тревожно заржала. Вокруг дуба кучками лежали кости: человечьи и лошажьи, дотлевала конская сбруя, на каждой кучке белел череп. На последнюю не хватило черепа людского, неизвестный шутник водрузил конский.

– Дракон? – предположил Томас.

Он привстал в стременах, пальцы щупали рукоять меча. Яра сказала дрожащим голосом:

– Скорее Баба Яга…

Олег чувствовал на себе вопрошающие взгляды:

– Не знаю… Драконы в лесу не водятся, им крылья растопыривать ветки не дадут. Баба Яга вообще мяса не ест. Она все травами, дурью мается. Жизнь продлевает, мафусаилистка чертова…

Кони, нервно фыркая, продвигались через поляну, под копытами хрустели, рассыпаясь в прах, кости. Путники были в десятке шагов от дуба, когда Яра вскрикнула, указала наверх.

Все верхние ветви были увешаны оружием. На самой маковке поблескивал легкий длинный кинжал с узким лезвием. Томас с замиранием сердца признал мизерикордию, ниже висели легкие половецкие сабли, короткие акинаки из бронзы и плохого железа, а ниже располагался ряд длинных мечей викингов. Еще ниже на ветках покрепче висели тяжелые мечи русичей и огромные двуручные рыцарские спаты.

Конец ознакомительного фрагмента.