Я больше не твоя

– Что ты здесь делаешь? – щурится он, задерживая взгляд на едва прикрытых платьем ногах.

– У меня закончился бензин! – Легонько ударяю по рулю ладонями и указываю на табло.

– Понятно, – усмехается Бестужев. – Ладно, я думал, может, серьезное что. Поеду, тороплюсь.

– Да, я заметила, – растерянно говорю я.

– Ну бывай. – Ник разворачивается, чтобы уйти, но я окликаю его. Волна раздражения буквально накрывает меня.

– Ты мог хотя бы попытаться быть милым! – выплевываю я. – Видишь же, что девушке нужна помощь.

– Девушка может попросить о ней, разве нет? – криво улыбается он, засовывая руки в карманы джинсов. – И с чего бы мне пытаться быть милым, Леди?

– Да хотя бы из вежливости, – раздражаюсь еще больше. – И я тебе не Леди. Меня зовут Ева.

– Я в курсе, Леди, – игнорирует мой уничтожающий взгляд, адресованный в его сторону. – Просто обычно, когда человеку требуется помощь, он просит о ней. Да и ты наверняка уже кому-то позвонила.

– Мне некому звонить, – фраза вырывается из уст раньше, чем я успеваю ее обдумать.

 – Вернее, никто не отвечает.

– Очень жаль, – Бес сжимает губы в тонкую линию, после чего разводит руки в стороны. – Так, мне пора ехать. Если тебе не нужна помощь…

– Конечно, нужна. Ты издеваешься, что ли? – почти хнычу я, открывая дверь автомобиля и выходя из машины.

– Тогда попроси, – он определенно посмеивается надо мной, но мне не до шуток.

– Помоги мне, Ник, – складываю руки перед собой и перевожу взгляд на жутко неудобные босоножки.

– Хорошо, но ты станешь моей должницей.

 – Он делает шаг ко мне навстречу, и мы оказываемся в непозволительно опасной близости.

– Ты просто невыносим! Худшего человека и представить сложно, – шиплю ему в губы.

Внутри меня зарождается странное необъяснимое чувство, названия которому я не могу дать. Складывается ощущение, будто через мгновение он поцелует меня, и от этой мысли сердце ускоряет свой ритм как минимум в два раза. Парфюм Бестужева врезается в нос, этот аромат вызывает помутнение рассудка.

Его синие бездонные глаза скользят по моему лицу, останавливаясь на губах дольше положенного, когда я непроизвольно облизываю их. Не нарочно.

– Это ты меня еще очень и очень плохо знаешь. – Шершавые пальцы случайно задевают мои, и это прикосновение вызывает во мне целую лавину эмоций. Машинально убираю руку и тут же ощущаю какую-то незнакомую пустоту.

– Я и не хочу знать тебя лучше, Никита, – сипло произношу я, не узнавая собственного голоса.