Тайны минских перекрестков

Ядя в зале суда, она не сводит глаз с Колесника, но тот преднамеренно ее не замечает. И все же, когда их взгляды встретились, Колесник презрительно улыбнулся и, показывая свое к ней пренебрежение, плюнул под ноги. Ядя тихо заплакала.

Судья встает и зачитывает приговор:

– Именем Республики Беларусь гражданин Колесник Сергей Николаевич приговаривается…

Как вспышки, проносятся перед Ядей Купрейчик кадры из ее жизни.

ЗАГС. Ядя в белом подвенечном платье, рядом Виталий Шевцов в черном костюме. Играют марш Мендельсона.

Женщина громогласно и торжественно объявляет:

– Теперь вы муж и жена…

Вновь зал суда.

На скамье подсудимых постаревший Виталий Шевцов. Он явно кого-то ищет глазами в зале. Ядя сидит с ребенком (девочкой) на руках.

Все встают. Судья читает:

– Именем Республики Беларусь! За хищение государственного и общественного имущества в особо крупных размерах гражданин Шевцов Виталий Сергеевич приговаривается…

Затемненная комната. В ней три человека, мужчина и две женщины. Мужчине лет пятьдесят, у него длинные с проседью волосы, очки в желтой оправе, одет в белый халат.

Одна женщина пожилая, тоже в белом халате, вторая молодая и очень красивая. Пожилая сидит за спиной мужчины на диване, молодая – перед ним.

– Как наши дела, красавица? – спрашивает мужчина у девушки.

– Хорошо, доктор.

– Тогда начнем сеанс?

Девушка кивает и с готовностью закрывает глаза. Доктор встает, подходит к девушке, кладет руки на голову и тихо говорит:

– Расслабься… Ты совершенно спокойна.

Перед твоими глазами море, тихое и спокойное. Слышен шум прибоя. Ты видишь себя на пляже. Тело наполняется приятной теплотой, настолько приятной, что даже начинает жечь груди, живот, бедра. Ты видишь на пляже мужчин и хочешь их, твое тело стремится в их объятья, ты хочешь их всех, слышишь: всех, всех, всех… Ты не будешь хотеть спать, только любить…

Девушка учащенно дышит, спина выпрямляется, руки начинают расстегивать пуговицы на кофточке.

– Нет, не теперь, – говорит доктор, – ты будешь любить только тех, кто скажет «Я хочу тебя».

Девушка застегивает пуговицы.

– А теперь открой глаза.

Девушка открыла глаза. Они безумно горели на ее разрумянившемся лице. Доктор повернулся к пожилой женщине, та тоже сидела с закрытыми глазами.

– Федоровна, очнись, тебе, старой, мой гипноз уже не нужен.

– Как сказать, доктор… После ваших слов мне не только своего старичка хочется.

– Зови стриженых, – садясь за стол, нахмурился доктор.