Лихо. Медь и мёд

Но вопрос висел в воздухе, и Ольжана была благодарна, что Лале не заставил его озвучивать.

Солнце разгоралось всё ярче и ярче, закат разливался полосой поперёк холмов. Мимо их кибитки рысцой проехали два всадника.

Лале рассказывал, как давно – лет шесть или семь назад – встретил ученицу пана Авро. Чародеи Двора Лиц, прекрасные актёры, лицедеи и интриганы, всегда много путешествовали по свету, и одна из них – Лале не назвал её имени – попалась башильерам, остановившимся в Хал-Азаре.

– Я уже был при двух руках, так что испытывал к чародеям уважение напополам с любопытством.

У меня получалось помочь ей, и я помог. – Лале повёл плечом. – Она вернулась к пану Авро, и так мы заочно узнали друг о друге: я – о нём, а он – обо мне.

Ольжана подумала, что между Лале и ученицей пана Авро могла быть любовь, но, конечно, ничего не спросила.

– Позже я ещё не раз встречал его учеников в разных частях Хал-Азара. Они рассказывали мне о своём ремесле, а я помогал им не попадаться моим братьям. Такое вот незамысловатое приятельство.

 – Лале прищёлкнул языком. – А когда я вернулся сюда, то уже познакомился с паном Авро лично. Мир тесен, госпожа Ольжана, – оказалось, что пан Авро водил дружбу с достопочтенным Залватом из Шамбола и слышал о многих известных мне хал-азарцах. – Лале усмехнулся. – А некоторых по молодости дурил, облачаясь в чужую кожу. Весёлый он человек.

Ольжана вздохнула, посматривая на пылающее небо. Снова заморосило. Успеть бы до ночи…

Она не убирала свою карту и поглядывала на неё время от времени.

Не то чтобы совсем уж не доверяла Лале и думала, что он повезёт её не теми дорогами, но осторожность ещё никому не мешала. Сейчас Ольжана выспросила всё что хотела и решила, что Лале нужно отдохнуть от разговоров с ней. Но неожиданно он обратился к ней сам:

– А что о вас, госпожа Ольжана? – Он осторожно разминал шею. – Среди нас двоих это вы – обладательница силы, о которой мои братья написали бессчётное количество книг. Может, мне тоже не по себе ехать с вами.

Ольжана фыркнула.

– Да уж, опасная ведьма. Могу раскурочить вам сердце приворотом, а там, глядишь, ещё какой чародей подтянется.

Лале улыбнулся.

– Что вы, нельзя на меня привороты. У меня целибат.

Ольжана расхохоталась.

– Мне жаль, Лале, но мне даже нечего вам рассказать. Я проста, как господарский грошик.

– Неужели? – Он смотрел не на неё, а на смеркающееся небо, но, казалось, был полностью вовлечён в разговор. – Вы упомянули, что учились у лесного колдуна.