География одиночного выстрела

 – Я уже сплю!

– Спакойной ночи! – сказал голос, и тут же, уже тише, прозвучал снова, должно быть у следующей двери: – Чай нэсти?

– Да, – ответил приятный женский голос. – Один чай и печенье!

Марк сидел на диване и думал. Думал о том, что его ждут неприятности за порчу ковра, думал о том, что лучше не открывать дверь до самого Киева, что лучше будет сойти на какой-нибудь станции, так, чтоб проводник не увидел. Думал об этом ужасном запахе, в котором придется спать.

Ночь обещала быть удушливой.

«Выдержит ли Кузьма?» – нервно подумал Марк, глянув на птицу.

Глава 17

Вечерело. На загустевавшей синеве неба проклевывались первые звезды. Приближалась седьмая ночь пути в Новые Палестины, и люди, число которых доходило уже до нескольких сотен, пережидавшие дневной свет в овраге неподалеку от невидимого городка, собирали пожитки, выбирались на проселок, чтобы оттуда снова пуститься в дорогу.

– Архипка! Где Архипка? – криком спрашивал расхаживавший среди этих людей дезертир, именовавший себя уже главным дезертиром, так как обычных дезертиров среди идущих прибавилось.

– Тут, тута я! – ответил ему беглый колхозник, ведущий всех к справедливости. Ему уже порядком надоело сообщать всем, что зовут его не Архипка, а Степан, и поэтому откликался он теперь на имя той звезды, за которою шли они, откликался охотно и без всякой обиды.

– Ну че ты копаешься! – ругался главный дезертир. – Народ тебя ищет, спрашивают: «Не сбег ли?»

– А че мне сбегать?! – Архипка-Степан пожал плечами, поднимаясь с земли.

– Ну давай, счас идти будем! А этот, ангел, где, не знаешь? – тут же спросил главный дезертир.

– Там был, под орешником! – кивнул в нужную сторону беглый колхозник.

– Ага, – сказал главный дезертир. – Ну давай, иди!

Ангел все еще дремал. Настроение у него было пречудесное. Последние четыре ночи пути напоминали сказку. Прибавились к ним, идущим в Новые Палестины, и случайные одинокие путники, невесть от кого или чего бегущие или скрывающиеся по ночам.

Потом вышли они на ярко освещенное кострами место, где в ночной темноте шла большая стройка. Подошли все к этой стройке вплотную и даже не испугались, полагая, что ночью могут строить только что-то тайное и скрываемое от советской власти. А оказалось – это ударная бригада строила новые коровники стахановским способом без отдыха и сна.