Приговоры Сталина в переводе Мемуариста

А вот взрывчатки остро не хватало.

Как последнее средство поехал в Картахену просить помощи у наших моряков. Товарищи офицеры радостно поржали, да у нас этой взрывчатки – складывать некуда. И выкатили ему здоровенную плавучую мину. Ту самую с шипами взрывателей. Бери, пользуйся!

Старинов вспоминал, что поначалу принял за издевательство. Конечно, в мине тоже тол, только добыть его из плавучего заряда почти невозможно. Он там не какими-нибудь брикетами, которые можно достать для небольших мин. Вся мина – здоровенная кастрюля, в которую этот самый тол залили в расплавленном виде на фабрике.

И выковырять, не подорвав весь квартал, не получится.

На сомнения сапёра Головко заметил, что раз тол как-то залили, то можно и вылить обратно. Нужна только водяная баня побольше. Ну и домик для опасной операции выделим где-нибудь на окраине. Подальше от людей. Так и поступили, Старинов вываривал паром буквально по капле тол из здоровенной мины. Партизаны получили отличные устройства.

В начале Великой Отечественной Головко оказался в ситуации, когда или потерять весь флот, или выкручиваться как в Испании, делать невозможное.

Сначала массово пошли налёты германской авиации. Пока не штурмовкой, в разведку, но явно творилось нехорошее.

Согласовывать решение со штабом флота слишком долго. Командующий Северного флота направляет депешу в Москву и не дожидаясь ответа, выводит боевые корабли из баз в море. До нападения Гитлера оставалось четыре дня! Через четыре дня на пустые базы полетят массированно бомбы фашистов.

А дальше над севером нависает прямая опасность не с моря, по суше. Из оккупированной Норвегии перебрасываются мотострелковые войска. Наши сухопутные дивизии на севере слишком малочисленны. Удержать противника невозможно!

Хуже того, в первые же дни ударами германских войск почти полностью нарушена связь со Ставкой. Подразделения оказались предоставлены сами себе. И по уставу, да и по традициям лезть в сухопутный огород адмиралу просто нельзя.

А принимать творческие решения командиры на суше, уж извините, готовы не были. Объясняй потом, что хотел как лучше, всё одно под трибунал пойдёшь за самоуправство.

Делать нечего. Адмирал Головко на пару недель, по сути, захватывает на севере всю военную власть. И начинает создавать из имеющихся сил линию фронта на суше.

Пехоте остро не хватает тяжёлого вооружения. Мало не только полевых орудий, но и банальных пулемётов. Не говоря уже о зенитных орудиях.