Мешок с шариками. Легендарный французский бестселлер

Но, судя по тому, что мне рассказал тот тип, мы должны преспокойно доехать.

Я хочу есть. От чечевицы и тем более от редиса остались одни воспоминания.

– Может, попросим у хозяина хлеба с молоком? Мы же можем теперь за них заплатить?

Морис разминает затёкшие ноги.

– Да, давай, нам надо поесть.

Через десять минут мы уже сидим в низком зале, который служит одновременно кухней, спальней и столовой. На стол, покрытый клеёнкой, испещрённой розоватыми разводами от стаканов и бутылок, хозяин поставил две грубых фаянсовых миски с молоком и положил два большущих куска грубого пшеничного хлеба, намазанных – о величайшая роскошь – слоем масла толщиной с палец.

Кроме хозяина и нас, на ферме никого нет: все ушли, как только рассвело, а некоторые даже раньше. Он смотрит, как мы едим. На нём все та же куртка, и я спрашиваю себя, снимает ли он её вообще. Разве что весной – в любом случае спал он точно в ней. При свете дня хозяин кажется старше: на его облысевшей голове болтается единственная куцая прядь, а усы прячутся в глубоких морщинах у губ.

– Далеко путь держите?

Я отвечаю с набитым ртом:

– В Марсель, поедем на поезде.

Я ему доверяю, нет никакого сомнения, что он порядочный человек. Но я уже привык, что чем меньше болтаешь, тем лучше всё складывается.

Хозяин кивает.

– Значит, поглядите на наши места!

Он смотрит на нас немного растроганно и добавляет:

– Я когда маленький в школу ходил – не здесь, а южнее, в деревушке Лэро, где у отца были каштановые рощи, – мы с учителем читали книгу, которая называлась «Путешествие двух детей по Франции».

В начале каждой главы были картинки. Вы мне немного напомнили этих ребят.

Прожевав, Морис говорит:

– И чем всё закончилось?

Хозяин разводит руками.

– Не помню уже, там было много всяких приключений, но конец точно был хороший.

Помолчав, он добавляет:

– Только немцев-то там не было.

Мы доели, Морис встаёт. Хозяин достаёт складной нож с деревянной ручкой. Лезвие совсем износилось, оно изогнуто, как маленькая сабля.

Проворачивая лежащую на столе буханку вокруг ножа, он отрезает два толстых куска и протягивает их нам.

– Кладите в сумки, это вам на дорогу.

И вот мы снова отправляемся в путь. Мы идём по просёлочной дороге, которая петляет даже там, где местность совершенно ровная. Поля стоят голые, пока ещё без единой травинки, и кусты кажутся на них жирными зелёными пятнами. На расстоянии виднеется несколько ферм.