Север

сразу и не разберешь… настоящая куча мала… мне удалось разглядеть только гарсона и коменданта… да еще маникюршу… та и вовсе совершенно голая… еще пять… шесть семейных пар… в полной темноте… они весь свет выключили, осталась только одна, единственная свеча… неужели они тут только обжимаются и все?.. песнопения?.. запах ладана… я начинаю кое-что различать, глаза привыкают и проникают сквозь темноту, как рентген… растрепанная красотка больше меня не целует… она отходит, падает на пол и начинает храпеть… ага, я замечаю на стене большую фотографию… фото Гитлера, висящее вверх ногами… с широкой черной лентой наискосок… через весь портрет… вероятно, они отмечали его смерть… вот почему Шульце так настоятельно советовал мне никому об этом не говорить, черт бы его побрал!.

. их взрыв провалился!.. а они тут празднуют, будто все удалось! но Адольф-то и не думал подыхать!.. отнюдь!.. лысый полковник и мальчишка-лифтер рядом на ковре… пьяные вдрабадан!. . икают… и собираются блевать… остальные тоже… зрелище не из приятных… а вот Гитлер с траурной лентой и вверх ногами смотрится неплохо… я поворачиваюсь к коридорному: «Ладно!.. теперь 117!..» я замечаю, что у них тут еще и накрыты столы… три… четыре… буквально ломятся от яств! разрезанные на куски куры… переполненные всякой снедью огромные компотницы… замороженные фрукты… меренги… никто ко всему этому даже не притронулся, настолько все уже обожрались… ящики шампанского… им бы этого хватило дней на восемь… брюнетка, которая была со мной так приветлива, храпит… и даже не замечает, что я ухожу… в остальных комнатах, должно быть, царит такое же веселье… 214… 182… хотя, может быть, там обошлись и без черной мессы… может быть, там музицируют… нанизывают жемчуг… все вполне пристойно… в трагических обстоятельствах одних всегда тянет поближе к крови, а другие делают вид, что ничего не происходит… снизу из салона доносились звуки пианино… нужно было спуститься на три этажа… я сказал коридорному: пошли! и не ошибся… не в одном!. . а сразу в двух-трех салонах… большие семейные собрания… о, какая идиллия! выздоравливающие промышленники и генералы… французские коллаборационисты… отцы, матери, дети и собачки… конечно, все они слышали о покушении… но вид у них был абсолютно беззаботный… все сосредоточены на музыке!.. я вслушиваюсь… lieder[30 - песня (нем.).