Пропавшие девушки Парижа

Даже в общении между собой они должны были играть роль, которую им предстояло исполнять после заброски в тыл врага. – Полезные привычки приобретаются прямо сейчас.

Джози одними губами повторила последнюю фразу, передразнивая мадам Пуаро.

Внезапно раздался пронзительный свист. Мари чуть не подпрыгнула на месте. Обернувшись, она увидела в дверях столовой дюжего полковника.

– Завтрак окончен! Всем вернуться в казармы для досмотра личных вещей! – Нервно перешептываясь, девушки поднялись из-за стола.

Мари проглотила последний кусочек багета и поспешила за остальными в коридор.

Они поднялись по лестнице в свою комнату, похожую на дортуар. Только она успела сдернуть с батареи свою ночную сорочку и сунуть ее под подушку, как в комнату без стука ворвался полковник в сопровождении своего адъютанта.

Джози как-то странно смотрела на Мари. Ожерелье, сообразила она. Крошечный медальон в форме бабочки на простой золотой цепочке. Это украшение подарила ей Хейзел, когда родилась Тесс. Мари спрятала его – в нарушение строгого приказа, предписывавшего агентам перед началом учебы сдать все свои личные вещи.

Сегодня утром, пытаясь побыстрей обсохнуть и одеться, она впопыхах забыла снять медальон.

Джози без лишних слов занесла руки за шею Мари, сняла с нее украшение и убрала его к себе в карман. Мари собралась было выразить протест. Если у Джози найдут ее ожерелье, его конфискуют, а у самой Джози будут неприятности.

Своим телодвижением она обратила на себя внимание полковника. Он подошел к ее чемодану, раскрыл его и, покопавшись, вытащил верхнюю одежду, которую она аккуратно положила почти на самое дно.

Полковник взял ее платье, осмотрел воротник, на котором она зашила маленькую дырочку, и выдернул нитку.

– Это не французские стежки. Они сразу же вас выдадут.

– Я не собиралась носить его здесь, – выпалила Мари, слишком поздно сообразив, что лучше было бы смолчать.

– Если вас схватят в этом платье, будет еще хуже, – рявкнул он, рассерженный ее ответом. – А эти чулки… – Полковник поднял вверх чулки, в которых она приехала накануне вечером.

Мари пришла в замешательство. Чулки были французского производства, с прямым швом по всей длине сзади. Что не так?

– Так они же французские! – воскликнула она, не сдержавшись.

– Были французские, – пренебрежительным тоном поправил ее полковник. – Теперь во Франции таких не достать. Там теперь вообще нет нейлона, если уж на то пошло. Девушки рисуют стрелки на ногах йодом. – В Мари всколыхнулся гнев.