Энн из Зелёных Крыш

– Можете называть меня Корделия? – спросила она умоляюще.

– Корделия? Это твое имя?

– Не-е-ет, это не совсем мое имя, но я бы с удовольствием звалась Корделией. Это такое шикарное имя.

– Я не понимаю, что конкретно ты имеешь в виду. Если Корделия не твоё имя, то как тебя зовут?

– Энн Ширли, – неохотно сказала владелица этого имени, – но, пожалуйста, называйте меня Корделия. Ведь не имеет значения, как меня зовут, если я останусь у вас ненадолго, правда? И Энн – это такое неромантичное имя.

– Романтичное— неромантичное— это чепуха! – сказала строго Марилла.

– О, я не стыжусь его, – объяснила Энн, – только Корделия мне кажется лучше, я всегда хотела, чтобы меня звали Корделия, по крайней мере, в последние годы. Когда я была младше, я хотела быть Джеральдиной, но Корделия мне нравится больше. Но если вы будете называть меня Энн, пожалуйста, говорите Энн, а не Энни.

– Какая разница, так или этак? – спросил Марилла с той же смутной улыбкой, берясь за чайник.

– О, большая разница. Энн звучит гораздо приятнее. Когда вы слышите, как имя произносится, разве вы не видите его в уме, как если бы оно было напечатанным? Энни выглядит ужасно, но Энн гораздо более значительно. Если вы будете называть меня только Энн, а не Энни, я постараюсь примириться с тем, что меня не зовут Корделией.

– Очень хорошо. Тогда, Энн, а не Энни, ты можешь рассказать нам, как произошла эта ошибка? Мы посылали миссис Спенсер за мальчиком.

– О, там их было даже слишком много. Но миссис Спенсер отчетливо сказала, что вы хотели девочку лет одиннадцати. И заведующая сказала, что я подойду. Вы не знаете, с каким восторгом я приняла эту новость. Я не могла спать всю ночь от радости. О! – добавила она укоризненно, обращаясь к Мэтью, – почему вы не сказали мне на станции, что не хотите меня, и не оставили меня там? Если бы я не увидела Белую Дорогу Восхищения и Озеро Мерцающих Вод, мне не было бы сейчас так трудно.

– Что за места она имеет в виду? – требовательно спросила Марилла у Мэтью.

– Она просто вспоминает наш разговор в дороге, – сказал Мэтью поспешно. – Я пойду займусь лошадью, Марилла. Приготовь чай к моему возвращению.

– Разве миссис Спенсер больше никого не везла, кроме тебя? – продолжила спрашивать Марилла, когда Мэтью вышел.

– Она взяла Лили Джонс для себя. Лили всего пять лет, и она очень красивая, у неё каштановые волосы.