Поэма о скрытом смысле. Третий дафтар

Сказал [‘Имран]: «Полно, что это за волнение, в чем дело?

Разве дурное знамение подает злополучный год?»

Извинились они и сказали: «О амир,

нас длань Его предопределения пленила!

910 Мы столько всего сделали, а счастье потемнело,

враг царя появился и одолел.

Ночью звезда того мальчика взошла явно

на чело небосвода, к нашему ослеплению.

Засияла звезда того пророка на небе,

мы же стали проливать звезды [из глаз] от рыданий».

С сердцем радостным, весел ‘Имран, но из притворства

руками по голове бил, [восклицая]: «Ах! Разлука!»

Притворился ‘Имран гневным и недовольным,

пошел, как безумный, лишенный разума и сознания.

915 Притворившись косноязычным, заговорил,

речи весьма грубые произнося сборищу.

Притворился недовольным и печальным,

повел игру в перевернутые нарды.

Сказал им: «Вы обманули моего царя?

От предательства и алчности не удержались?

На царскую площадь вы устремились,

честь нашего царя опозорили!»

Тогда ударили они себя в грудь:

«Царя мы избавим от печалей!»

920 Царь также [это] слышал и сказал: «О предатели!

Я повешу вас безжалостно!

Я себя сделал предметом насмешек,

богатства я врагам раздал,

Чтобы той ночью все израильтяне

были удалены от встречи с женами.

Ушли и богатства, и честь, а дело не сделано[133 - Досл.: «дело осталось сырым, незрелым».];

таковы бывают помощь и поступки щедрых?

Много лет содержание и жалованные одежды вы получаете,

целые царства, верно, проедаете!

925 Таковы были ваш совет, и просвещенность, и астрология!

Вы – дармоеды коварные, приносящие несчастье.

Я вас разорву и сожгу,

носы, уши и губы вам вырву!

Я вас топливом для огня сделаю,

для вас прежнюю привольную жизнь неприятной сделаю!»

Поклонились они и сказали: «О повелитель,

если один лишь раз над нами возобладал Див,

[То мы ведь] много лет напасти отвращали!

Воображение поражено тем, что мы сделали!

930 Постигла нас неудача, и зачатие его явилось,

семя его вышло наружу и проникло в лоно.

Однако в качестве извинения за это день рождения

мы проследим, о царь и повелитель!

День его рождения мы вычислим по светилам,

чтобы не пропустить и чтобы не осуществился Непреложный приговор.

Если мы не проследим это, убей нас,

о тот, рабом чьего совета являются и мысли, и разум!»

В течение девяти месяцев считал он день за днем,

чтобы не была пущена стрела [Божественного] решения, пронзающая врага.