Мамы вошли в чат. Сборник

Поэтому стоит месячным задержаться хотя бы на день – я бегу сдавать кровь на ХГЧ.

***

Весна на Лиговском. Талая снегогрязь бурлит под ногами. Сердце бьется где-то под ключицами, горло сводит от подступающих всхлипываний. Я иду к мужу на работу, быстрее и быстрее перебираю ногами, будь неладен нечищенный тротуар с коварными островками льда, будьте неладны бесконечно отсчитывающие секунды светофоры, будь неладна консьержка на проходной. Вот мой пропуск, давайте скорее, пожалуйста.

Я не хочу разрыдаться на улице.

Только не на улице, не под серым всклокоченным небом, которое видело слишком много. Слишком много походов в аптеку за тестами и гормонами, слишком много ранних подъемов к врачу и белых бинтов, зажатых в сгиб локтя. Слишком много судорожных телодвижений, бессмысленных, бесконечных, безнадежных.

Я поднимаюсь на второй этаж и сажусь на лестнице. На этот раз месячных не было целых десять дней. Десяти дней было достаточно, чтобы мне начало казаться, что у меня что-то потягивает внизу.

Что от чего-то мутит по утрам.

Муж выходит, и мы молча сидим рядом.

Мне 5, а ему ровно 0. Врачи говорят: «У вас уйма времени впереди». А я вижу, что уйма времени уже утекла в песок. И неизвестно, сколько месяцев? Лет? Сколько попыток еще впереди.

***

Перед моими глазами фиолетовый мат для йоги. Чуть дальше – плешивенький придомовой газон.

Май 020. Время замерло, и все прошлое перестало иметь значение. Идеальные детские, горячая йога, вступление в первый протокол ЭКО. Нет, «карантинного зачатия» не случилось.

Просто я устала считать дни после задержки, да и задержек почти не бывает. Я здоровая молодая женщина. Только бездетная.

Иногда я смотрю видео-визитки из детских домов. «Это Маша, ей 12, она покладистая, скромная девочка», – говорит елейный голос за кадром, и я морщусь от набора стереотипов об этаком викторианском ребенке. В любом случае, Маша мне не подходит, слишком взрослая, чтобы стать моей дочерью, ведь разница должна быть минимум 18 лет. Но есть и другие.

Детей без родителей много, больше, чем я когда-либо смогу взять.

Я переворачиваюсь на спину и делаю полумостик. Бедра начинают гореть и чуть дрожат от напряжения. Надо мной голубое летнее небо. Необычно чистое, ни облачка.

Три с половиной года спустя, я поняла, что больше не хочу ребенка. Я просто хочу стать мамой.

***

В кабинете темно, только оранжевый свет лампы подсвечивает мою толстую папку на столе врача. И светится монохромный экран УЗИ.