Исповедальная пора

Но ничего ты не поймёшь,

Решив, что нервы слабые.

Постель чужая, дом не наш,

Ночь покрывало вышила,

Да, у меня такая блажь,

Чтоб ты меня услышала,

Чтоб проступило сквозь гранит

То, что вдвоём читали мы…

Ведь Юлий Цезарь не убит

И ждёт тебя в Италии.

«Сонная артерия не спит…»

Сонная артерия не спит,

Гонит кровь с немыслимым упрямством.

В небо поднимается пиит

По бумажной лестнице и с ранцем.

Что ему бояться высоты?

Лишь она одна и непреложна.

Если упадёт, то прям в цветы,

Что толпа ему на гроб положит.

Вниз смотреть, пожалуй, смысла нет,

Что там? Книги, женщины, теракты

И не пригодившийся билет

На спектакль, в котором нет антракта.

Вдох за вдохом и за шагом шаг,

Туча – прохудившаяся кровля,

Сонную артерию в кулак

Можно взять, не выпачкавшись кровью.

Благодарность – Богу, и жилью,

И любви спасительному зелью.

Страшно только встретить тень свою,

Что с небес спускается на землю.

«Я привыкаю праздновать без тебя…»

Я привыкаю праздновать без тебя

Праздники, полные лиц навсегда счастливых.

Я привыкаю праздновать не любя,

Я привыкаю праздновать торопливо.

Лишь бы скорей закончился красный день,

Красный от крови памяти и разлуки.

Я привыкаю праздновать чью-то тень,

Что появляется в доме моём от скуки.

Где-то салют рассыпается не для нас,

Горе торчит, как неправильный гвоздь, наружу.

И фонаря неприлично огромный глаз

Смотрит внимательно и вынимает душу.

Что ты уставился? Всё как обычно! Хлоп!

Это шампанское просится прочь из тары.

Старая жизнь умещается в гардероб,

Новая жизнь не приходит на место старой.

Я привыкаю праздновать невпопад

В комнате, что повернулась ко мне спиною,

А календарь прошлогодний чему-то рад,

Он ведь не знает, что станет потом со мною,

Он ведь не знает, что край для того и край,

Чтоб за него зайти, чтоб сказать: не струшу.

Если меня ты помнишь, не разрешай

Мне тебя помнить. И я всё равно нарушу…

«Петербург наступает, как интеллигентное войско…»

Петербург наступает, как интеллигентное войско,

Чтобы пленные знали, что их отпускают обратно.

Я иду по Фонтанке, а ты понимаешь превратно

Каждый шаг мой усталый.