Герцогиня ищет работу

 – Ты точно живая? Не покойничек?

– Ой, отстань! И без тебя тошно!

Норри выглядела бодро, успела и собраться, и повязать на жесткие, точно щетка, волосы кокетливый желтый бантик. А ведь она тоже вернулась поздно: нанялась посудомойкой в трактир на один вечер.

Но что такое посудомойка по сравнению с малышкой Фруфи! Тарелки не пищат, не норовят укусить за палец или удрать. Или улететь! А Фруфи вчера устроила показательное выступление и продемонстрировала все свои таланты!

– Так, иди умывайся и причесывайся, а я соберу твои учебники! Что у тебя сегодня?

– История фельевафения и основы фельевафения! – невнятно пробубнила я, набрав полный рот зубного порошка и орудуя щеткой.

В комнате не было умывальника, но мы с Норри приспособились – раздобыли жестяной мятый кувшин и контрабандой уволокли тазик из прачечной нашего бывшего общежития. Судя по тому, что гора тазиков значительно уменьшилась, эта мысль пришла в голову не только нам!

Я быстро освежила лицо, побрызгала водой на мятое платье – по дороге разгладится! Видела бы меня сейчас мама – ахнула бы, она всегда выглядела бесподобно.

– Рози, ты что опять застыла? Так и норовишь уйти в астрал!

Я пару раз провела расческой по волосам, схватила матерчатую сумку с книгами, и мы выбежали из дома. По дороге разделились: Норри помчалась в павильон артефакторов, а я в главный корпус.

Впереди в компании с мальчишками шагал Рон. На плече кожаная сумка, сам подтянутый, одежда как с иголочки, будто ее всю ночь утюжили старательные домовые.

То ли дело грифоны!

Но к ним я скоро вернусь!

Дневник, почему тебя так трудно вести, а?

Мы с Роном столкнулись на ступеньках крыльца. Наш зеленый курс – зеленый во всех смыслах слова – кучковался слева от створчатых дверей у широкого парапета. Кто-то расселся на ограждении как на лавочке, кто-то подпирал стенку. «Зеленые человечки» стояли группками по два-три человека.

Я пока никого не знала, кроме летучки и Руты. Бывшая соседка по комнате стояла в компании двух парней. Слева навис оборотень, справа щерился во все тридцать два зуба – или сколько их? – василиск. Его-то шкурка, в отличие от чешуи старичка мэтра Джаара, лоснилась и сверкала. Я хотела подойти, но Рута, увидев мое приближение, скорчила такую кислую мину, что я словно запнулась о невидимую преграду.