Герцогиня ищет работу

Но тут же она сладко улыбнулась:

– О, Рон, привет! Иди к нам!

Хм? Тебе дракона в коллекцию не хватает?

Рон отстраненно кивнул, но не тронулся с места. Мы с ним стояли в нескольких шагах друг от друга и старательно делали вид, что не знакомы. А ведь вчера… В какой-то момент… Мне показалось, что мы помирились. Или по крайней мере позабыли о разногласиях. Однако в тех условиях пришлось: мы, можно сказать, пытались выжить!

Итак, я добралась до Фруфи!

Когда я прибежала по указанному адресу, Рон уже ждал меня у двери.

Мы еще в конторе договорились, что предстанем перед нанимателем вместе. Придется! Таковы условия. Родители нанимали двух нянек – ни больше ни меньше. Но платили хорошо – три медяшки в час каждому. Десять медяшек – серебрушка. Десять серебрушек – золотарик. За пять месяцев мне нужно накопить на обучение 15 золотариков. Вполне реальная сумма!

Я немного опоздала. Как любил говорить мистер Кноп, день проскочил, будто промасленный боб в горло. Ладно, речь шла не о бобе.

И не о горле. Мистер Кноп ужасный грубиян. Хоть я его очень люблю!

Я думала, до вечера еще полно времени. Как назло, задали конспект огромной статьи. Пока писала – стемнело. Так что я подхватилась и выскочила на улицу с последним ударом часов. Часы на башне главного корпуса вели себя отвратительно! Не знаю, кто за ними следит! Они то молчат половину дня, забывая известить о начале обеда и ужина, то начинают бить как заполошные.

Ужин я пропустила, зато успела на работу.

Рон ждал у подъезда. Взглянул недовольно, но промолчал. Он вообще предпочитал молчать в моей компании. Я смирилась с тем, что наши отношения безвозвратно испорчены, но мог бы хотя бы поздороваться, грубиян!

Дверь открыл высокий мужчина. Правильнее сказать – высоченный. Уж на что Рон немаленький, но и он едва достигал плеча нанимателя. В темноте коридора трудно было рассмотреть его как следует, я только увидела, что у мужчины копна волос до плеч.

– Ага, вот и няни пожаловали! – радостно провозгласил хозяин квартиры громоподобным басом.

 – Фруфи, цыпленочек мой, голубушка ты моя дорогая! Ты слышишь, у тебя гости!

И вполголоса сообщил доверительным тоном:

– Она все равно ничего не понимает! Дочуре всего один день!

Один день? Он серьезно? И он хочет оставить кроху с нами? Как она без молока? И мамочки? Такую малявочку и на руки страшно взять!

Рон промолчал, но слегка наклонил голову, будто серьезно задумался.