Тайна Авалона

 – Но все же из этих бумаг можно кое-что еще выжать. Каждый коллекционер, как и маги-артефакторы, собирает предметы по какому-то принципу. Не брать же все подряд, если ты серьезный специалист.

– Так вы и легендарный Хранитель Равновесия Запада Магнус Скиф собираете артефакты скифо-сарматской культуры, – чуть улыбнувшись, продолжил за нее Кристоф.

– Ну мы с Магнусом еще и оружие любим, – усмехнулась девушка. – А я, как любая женщина, питаю страсть к украшениям.

– Но все так же подбираете себе в коллекцию артефакты давно минувших эпох и исчезнувших цивилизаций, – мягко возразил ее собеседник.

 – Обычно это уникальные вещи. И весьма немалой силы.

– В целом, да, – кивнула маг уже серьезнее. – У каждого, как мы оба понимаем, свои вкусы и пристрастия. Так вот, у нашего коллекционера они тоже есть, и их можно вычислить по этим бумагам. Хотя даже это трудно.

– Слишком обширные интересы? – удивился Кристоф. – Мы уже говорили: он питал пристрастие к предметам, побывавшим в руках нацистов.

– Этого мало, – заметила Ева.

 – В руках Третьего рейха побывало слишком многое. Пока точно могу сказать: этот маг собирал артефакты, однозначно принадлежащие народам Запада. То есть никакой Азии или Востока. Ни Индии, ни Китая, ни моих любимых сарматов и скифов. Забудем про Египет, Грецию, Крит и всю историю Междуречья.

– Только Европа? – заинтересовался Страж.

– Могу немного сузить рамки, – уточнила артефактор. – Скандинавия, балты и кельты. Никаких славян или германцев. Это немного странно, ведь скандинавская культура происходит именно из германской.

И еще могу сказать, что интересовали нашего мага больше мелкие предметы декора или украшения. Никакого оружия, и что еще интереснее – культовых предметов.

– Чистая эстетика? – усмехнулся Кристоф. – В таком случае, боюсь, ваше предположение насчет того, что в тайнике поработала ваша испанская приятельница, может оказаться верным.

– Розалин? – Ева чуть нахмурилась. – Не знаю… Она не просто ищет вещи кельтов, ей интересны как раз их культовые предметы, скорее даже мифологические.

А особенно она ценит то, что связано с самой знаменитой легендой островных кельтов, то есть бриттов.

– Король Артур? – подумав, переспросил Страж.

– Вся Вселенная Артурианы, – пояснила девушка. – Сам Король, согласно мифу, питал слабость именно к военным артефактам. Два меча, кинжал, копье, щит. Из более мирного – мантия. По части Розалин в истории Артура остаются лишь обручальные кольца: его и Гвенвифар.