Обещанная медведю

Сколько раз я возвращался домой, не думая, что это все меня однажды не встретит… Понятно, что родное логово от меня никогда не отказывалось – отказалась семья. Но теперь пришло время громко возразить.

Я свернул по аккуратной дороге и направился вверх к холму, на котором стоял дом отца. Уверен, ему уже доложили о моем явлении. Но ворот он не открыл. А я не стал делать вид, что мне это больно надо – бросил машину под забором и толкнул калитку.

Двор не изменился за эти пять лет. И я был рад увидеть его самого любимого обитателя – свою бабку Нинор.

Она сидела на ступеньках вся в черных одеждах и напоминала ворону с курительной трубкой, затягивая двор привычным дымным туманом.

– Дарьяр, – прокряхтела мне, салютуя трубкой. Табак, судя по запаху, сменила на более мягкий. – Давно тебя не было…

С год, наверное. Я не любил бывать здесь. Встречи с отцом не заканчивались ничем хорошим. После смерти матери его характер не смягчился. А после гибели моего брата стал вообще невыносимым.

– Как ты? – присел я рядом.

– Как обычно, – улыбнулась мне Нинор, приводя в движение многочисленные линии на своем лице. Еще в детстве воображение складывало для меня эти линии в затейливые узоры. Теперь же за ними почти не видно было привычных черт – Нинор вся походила на исчерканный рисунок. – А вот ты необычный сегодня.

– Много работы, – отвернулся я.

– Ну да… – усмехнулась она. – Дождался свою рыжую ведьму?

Я же знал, что она все поймет.

– Дождался.

– Тебе только в радость. Да ты и светишься весь…

– Ты же говорила, к погибели, – скосил на нее глаза, усмехаясь.

– Это другим. Твоя не опасна для тебя. Стоило дождаться. Ты молодец.

– Кто бы тут еще так же думал…

– А тебя правда заботит, что он думает?

– Заботит.

– И снова я тобой горжусь – всегда признаешься себе в слабостях. Отец – твоя слабость. Но так быть не должно, Дар. Ты не виноват.

– Давай не будем, – нахмурился я.

– Будем. Ты пока не простишь себя, не двинешься с места. За своей ведьмой не успеешь.

Она порхает искрой, а ты еле движешься. Ты поэтому и хватаешься за нее – в ней жизнь, которую ты у себя забрал.

– Я ее спасти хочу.

– Ты ее давно спас. Забирай себе уже…

– Она сбежала, – улыбался я.

– О, – протянула Нинор. – Отпустил? Ну пусть побегает.

– Тоже так думаю. Лишь бы не ободралась еще больше… Замуж она собирается.

Нинор сухо рассмеялась:

– Да не собиралась она. Она твоя. И знает об этом. А то все забавы ради… Скучно ей.