Домик для человека

А потом он вспомнил, что когда-то в этой комнате висели медали и стояли кубки за спортивные успехи, в основном, за баскетбол. Саша или мама успела спрятать их.

–Не быть тебе больше спортсменом, – усмехнулся Андрей, поглядев на правую кисть, которой не хватало среднего пальца. – Никем не быть.

Время горя от утраты части себя прошло, теперь он даже не стеснялся смеяться над недостатком. Юмор, вообще, очень помог смириться с дефектами. За вытянутой вперёд рукой красовались и ноги, где уже не хватало вен. С таким варикозом не стоило играть совсем, но Андрей пытался.

И смог бы, да с четырьмя пальцами на ведущей руке это совсем непросто.

Потеряв настроение лежать на маленьком диванчике, где уже лет с пятнадцати не помещался, он поднялся и побрёл на кухню. Тут Саша закончила дела и сгрудилась над чаем и телефоном.

–Думаю, я занял твой телевизор.

–Есть такое. В телефоне посижу.

Андрей собрался предложить ей занять маленькую комнату, но внутри что-то произошло. Ему стало не до Саши. Это чувство иногда приходило, только не в последние дни, и он уже успел подзабыть.

Нервы начали обрываться, болтаться, бить по органам. Настоящий шторм. Оболочка держалась секунду невозмутимой, пока все импульсы забирались в голову и собирались в панику.

–Мне надо уехать!

Глаза смотрели мимо Саши, уши не слышали её. Или она молчала. Накинув куртку, Андрей впрыгнул в ботинки и побежал прочь. Он хотел только найти безопасное место, хотя также знал, что безопасности не существует, поэтому шёл, почти бежал, по полупустой улице вдоль такого же полупустого шоссе.

Хотя эту маленькую дорогу он называл шоссе только из-за табличек на ближайших зданиях.

Провода зачастили с ударами. Шаг сменился на бег. Лёгкий, нужный. Так Андрей попытался убежать от внутренней части себя, сомневаясь, что это возможно. Попробовать стоило. Пару раз оступился, поскользнулся, удержал баланс, но не рискнул остановиться. А потом нервы замерли, страх замер, Андрей замер. Хорошо.

Он и не заметил, как умчал за пределы улицы.

Впереди, за частным сектором, раскинулся парк. Саша как-то писала, что его облагородили. Стоило посмотреть, пока в ногах скопилось столько желания двигаться. И Андрей продолжил идти, уже спокойно, успевая замечать наступившую ночь, домики с яркими огнями внутри. И мерзкий зимний холод.

Когда закончился парк, в котором из новинок он заметил только новые ворота, на глаза попалась пивнуха. Может, остальные называли её баром или пабом, но Андрей расценил пивнухой.