Альпийский синдром

 – Дальше-то что?

По всему, сомнения ее мучили: правильно ли поступаем, нужное ли это дело – на пять лет оторваться мне от семьи? Речи о том, чтобы ей поехать со мной, не было изначально: не дети уже, да и как нам оторваться от дома, в котором я родился и вырос, который, унаследовав пять лет назад, пытались с ней реанимировать, привести в чувство. Ответа сомнениям у меня не было: что будет, как? А черт его знает, что да как! Как-то будет.

– В понедельник областной повезет в Приозерск – представлять, а там… Знаешь, пойду-ка я на охоту.

Два выходных дня, замечательная погода: морозец, снег устоялся, заячьи следы как на ладони. А, Дашенька?

– Конечно, иди, – легко согласилась жена. – Проветришься, придешь в чувство. Только не убивай никого, ладно?

– Как это – не убивай? Охота тогда зачем? Убить ноги? Закон природы, Дашенька: все живое живится живым.

– Живится, если голод мучает. А ты голоден? Я тебе борщ сварю…

– С зайчатиной… Ну вот, ну хорошо, постараюсь промахнуться… Живите, зайцы!

И мы пошли – я и мой приятель Леонид Журавский, страстный охотник и рыбак, при этом немного браконьер – в том смысле, чтобы по возможности не платить всяческих поборов и взносов, но при этом потихоньку охотиться и рыбачить.

Всегда он был готов к походу – и в снег, и в дождь, – снасти и снаряжение содержал в образцовом порядке, порох хранил сухим, заряжал патроны, готовил макуху, копал червей сам, и всегда на дне рюкзака была у него войсковая фляжка с водкой, настоянной на зверобое.

– Маршрут такой, – сказал Журавский накануне вечером, когда мы сговаривались по телефону. – Утром, в половине шестого, встречаемся на вокзале, садимся на электричку, на следующей станции выходим. Покружим по полям вокруг Семеновки – на днях я видел там уйму свежих следов, – и обратно пешим ходом. Не проспи только, как в прошлый раз…

Но я снова проспал.

– Ну и что теперь? – упрекнул Журавский, когда хвост электрички скрылся за поворотом.

 – Пешим ходом туда и обратно? Между прочим, зайцы вокруг вокзала не скачут, нет здесь зайцев. Ау, косые!

– Ну и мопс их дери! – сказал я виновато. – Убьешь, а потом черт его знает, что с ним делать. Освежевать надо, а как? И потом, Даша…

– Она что у тебя, девушка? Мяса не видела? Как хочешь, а зайца мы сегодня возьмем!

И мы прошли в конец перрона, спрыгнули на протоптанную тропинку и потянулись вдоль колеи в сторону Семеновки.