Искушение Агасфера

Руководил преступной группировкой Павел Алатский, кандидат исторических наук, автор философского романа «Тень Будды», опубликованного при советской власти издательством «Красная гвардия».

Свою противозаконную деятельность Алатский оправдывал полным отсутствием средств к существованию при наличии жены-инвалида и двух малолетних детей: НИИ, в котором он работал, был закрыт в самом начале ельцинского «дикого капитализма» в связи с отсутствием бюджетных ассигнований, а свою последнюю повесть-хронику о русском мыслителе Чаадаеве он не смог опубликовать из-за засилья на книжном рынке низкопробной массовой литературы.

Эти объяснения Алатский давал во время судебного следствия в промежутках странного возбуждения, похожего на истерический бред: археолог требовал немедленно выпустить его на свободу для встречи с Агасфером, живые мощи которого он якобы обнаружил замурованными в разрушенном Свято-Николо-Тихоновом монастыре подмосковного Кулябина.

– Он ожил! Ожил прямо на моих глазах! – кричал подсудимый.

 – Мы с ним не договорили!

Он закатывал глаза и начинал биться головой о железные прутья клетки, установленной в зале заседаний.

Судебно-психиатрическая экспертиза признала Алатского вменяемым.

Суд вынес Павлу Алатскому обвинение по ст. 97 УК РСФСР «Присвоение найденного или случайно оказавшегося у виновного государственного или общественного имущества» и приговорил к лишению свободы на 3 года (учитывая деяние, причинившее крупный ущерб государству) с отбыванием срока наказания в колонии общего режима.

Его сообщники получили по году лишения свободы.

    «Столичный комсомолец» 16 марта 1994 года

Найден сокамерник Вечного Жида!

(Итоги журналистского расследования)

Петру Степановичу Плешакову исполнилось 86 лет, но взгляд его то и дело вспыхивает молодыми искорками, да и память почти не подводит. Мы беседуем с ним в его двухкомнатной «хрущевке» в районе Филей. Сухощавый, подтянутый, он сидит в распахнутой рубахе (жарким нынче выдался июль!), и на груди синеет татуировка крейсера «Аврора», напоминая о матросской молодости…

– Миркин? – переспрашивает он, прихлебывая чай из чашки с изображением президента Ельцина.

 – Как же, помню, помню… Сперва его посадили в к нам в пресс-хату[1 - Специальная камера в следственном изоляторе, обитатели которой «работают» на руководство тюрьмы, выбивая из новичков нужные показания (прим.