Искушение Агасфера

автора)]… Высокий такой был, продолговатый, горбоносый, вроде как еврей, а может и нет… Среди нас он тогда «пассажиром» был, первый раз залетел в «кутузку», не знал, что к чему… Ну, я его подучивал… Чтобы с блатными не связывался, от «опущенных» ничего не брал, ну, и как на допросах держаться… Ты, говорю, булгахтер, так прибивайся к своим, «индивидуалам-интеллигентам», живи в камере по их «поняткам»: «Мы здесь никого не трогаем и в ваши дела не лезем, так и вы к нам не суйтесь…» Петр Степанович добродушно усмехается, вспоминая молодость:

– А я бедовый был, к тому времени тюремные университеты прошел, взят был на скоке[2 - Кража со взломом (уг.

жарг.)] Верке путевое колечко подарить. Хороша была, лярва… Прямо как в книжке написано: «В ее тонкой девичьей фигуре… в одностороннем порядке… наблюдалась пышная грудь…»

– Какой он был, этот Миркин? – деликатно возвращаю я разговор в нужное русло.

– Да какой… – Петр Степанович задумывается, вспоминая далекое прошлое.

 – Большей частью смирный, терпеливый… Чуть что – извиняется… Не ел вообще, свою пайку братве отдавал. Мы его Христосиком прозвали, такое у него было погоняло…

– Вам доводилось с ним беседовать? – интересуюсь я, угощаясь крепким чаем с малиновым вареньем и свежей домашней выпечкой, которую специально для гостя-журналиста готовила дочь Плешакова Лидия Петровна.

– Понятное дело, – отвечает Петр Степанович. – Я его про подпольщиков-троцкистов расспрашивал, вместе с которыми он антисоветчиной занимался, а он все больше про божественное: любите, мол, друг друга, Бог есть любовь… Умственный был мужчина, ничего не скажешь.

А потом его увели, и с концами… – Плешаков удрученно разводит руками. – Скорей всего, кокнули его в лубянском подвале, не дожил до суда над правыми уклонистами…

От Плешаковых я вышел с двойственным чувством: приоткрыв очередную завесу тайны над Миркиным-Агасфером, я получил больше вопросов, чем ответов.

    И. Гулько, спец. корреспондент газеты «Секретные материалы», 12 июля 1994 года

К вопросу об Агасфере

Согласно легенде, Агасфер во время страдальческого пути Иисуса Христа на Голгофу под бременем креста отказал Ему в кратком отдыхе и издевательски бросил в Него камень. За это ему самому отказано в упокоении смертью, и он был обречен на вечные скитания, дожидаясь второго пришествия Христа, который один мог снять с него зарок.