Глубинная почта

Ступай в глубину,

где огонь сторожит сердцевину

И тартар бессилен,

и черви уже не живут,

Где боль разлетается прахом,

теряя причину,

И ангелы именем новым

наружу зовут.

Ступай в глубину

до конца направлений и счёта,

Туда, где царит

одолевшая тьму высота

И сердца сдаётся

тугая земная работа,

И крылья за плечи

ложатся наместо креста.

Ленской

С душою прямо геттингенской…

<…>

…Над ней он голову ломал

И чудеса подозревал.

    А.

Постойте, вернётся

на родину славный Владимир,

лелеющий правду,

с печатью крестин-именин,

с кудрями до плеч или без,

он не только не вымер,

он – вечно живой,

и не важно, на -ской или -ин.

Он Ольгу полюбит

И в собственном доме поселит,

И вы его тоже

Привыкнете сладко любить.

Увидите, братцы,

Онегин его не застрелит.

Такого героя

Евгению не пережить!

Владимир – не гордый,

Не надо ему и медали.

Не дали – и ладно!

А всё-таки дело пойдёт —

Орлиным легко

Прозревая туманные дали,

Крылом над тайгою

По новой качнёт самолёт.

И денег Россия

На недрах бессовестно слупит.

Какая там зелень!

Серебряной станет трава —

И осень на горло

Упавшему лету наступит,

И холод с рассветом

В исходные вступит права.

Триколор

Синее, белое, алое,

Бедное тело моё!

В бездне Земля – захудалая,

Ты же – перстинка её.

С выжженной ветра наездами

Серой травинкой степной

Поровну мало под звездами

Плоти дано вам земной.

Белое, алое, синее,

Кинуто боли и тле —

В севера ль медленном инее,

В юга ли душном котле.

Тело моё ненадёжное

В ласковой узе тепла,

Жадное, сонное, ложное,

Как тебя тьма отдала?

Алое, синее, белое…

До смерти не разгадать!

Чудо невидимо целое —

Малому чуду под стать.

Даже и света пророчеством

Загодя в Небе дыша,

Не обжила б одиночеством

Храмины этой – душа!

Стихийное

Сообщаю на скорости звука,

Что теченье земли и огня

Убивает любого.

Не позволь им прикончить меня!

И вода, разумеется, тоже —

Здесь прохладна, а там ледяна —

Душу вынет, касаяся кожи,

И уложит в ничтожество дна.

Да и воздух – казалось бы, где там! —

А ведь медленно жжёт изнутри,

В унисон с отцветающим светом

И во сне от зари до зари.