Убийство матери

Джульетта любила побеждать в конкурсе чтецов. Для дочери Анжелика писала стихи – про школу и про Джульетту. Дочь особенно любила стихотворение про себя. С которым она выиграла конкурс:

Вчера Джульетта на концерте

К великой тайне приобщилась

И в красках музыку познала,

Нарисовав её портрет.

Вот красная смеётся мама,

А рядом с ней – зелёный папа,

Похожий на котёнка Петьку,

Листает чёрную тетрадь.

А рядом сам котёнок Петька,

Как тигр, в жёлтую полоску,

Рычит на голубую Катю

С двенадцатого этажа.

У Кати платье – голубое,

Косички – тоже голубые,

И бантики в них – голубые,

И тёмно-синие глаза.

И эта голубая Катя,

Раскинув руки, словно крылья,

Назло соседскому Серёжке,

Летает в небе голубом.

И ей оранжевый Серёжка,

Нахмурив розовые брови,

Сверкая жёлтыми глазами,

Грозит зелёным кулаком.

Анжелика ничего не придумала. Джульетта действительно рисовала музыку. Папа учил её рисовать, мама – правильно говорить по-русски, а бабушка – мыть руки перед едой.

У бабушки руки всегда были чистые-чистые. В семье её привыкли называть «мами» – на французский манер. Анжелика учила дочь французскому языку. Рассуждала так: передам Джульетте свои знания, они ей пригодятся в жизни. Потом заметила, что у дочери по-французски получается лучше, чем по-русски. Бросилась исправлять. Но Джульетта предпочитала французский. И они общались по-иностранному. Раньше ей не приходилось так много разговаривать на французском.

Нет, неправда.

Приходилось, и не раз. В Алжире она проработала переводчицей два года. Два года французского языка. На русском разговаривала только со своими – преподавателями и переводчиками. Лучше бы совсем не разговаривала: свои были хуже чужих.

Там это и началось. Нет, гораздо позже. В Алжире она думала по-русски и видела русские сны. Во сне она видела маму и Столешников переулок. Мама гладила её по голове своей нежной морщинистой рукой и смотрела прямо в душу ласковыми, всепонимающими глазами.

От её взгляда душа расцветала белыми лилиями. Анжелика просыпалась, и лилии закрывались. Она слышала вокруг разговоры о деньгах, немытых тарелках и бесконечных табу. Они резали ей слух. Она чувствовала себя обманутой и обиженной. В Алжире её все обманывали и обижали. Даже Аладдин. Он обижал её чужой любовью. На родине тоже обманывали и обижали. Но не все, только плохие люди. А на чужбине все были плохие. Ей очень хотелось вернуться поскорее домой, к маме.