Утро глухонемых. Стихи, верлибры 2018

и хлопчатобумажные призраки берез прозрачны,

тонкими ветвями, точно

сетью кровеносных сосудов, заполняют

сизый воздух, охрипший от молчания,

от вибрирующей пустоты прохожих.

и шуршит, шуршит под ногами

крабья музыка —

гимн вымерших насекомых,

легчайший семипалый бред,

осень, ты пререкаешься с воронами в парке,

сшиваешь разорванный воздух

хрустальной иглой сырости —

авось вышьется

рыжая песья безрукавка опавших листьев.

то в миг переменишься, улыбнешься —

солнечная пиранья утром ранним,

обнажишь статуи голубого мрамора

промеж деревьев

с красными гениталиями трамваев.

маленькие люди выгуливают крошечных собак

на твоих заасфальтированных ладонях,

листья кленовые —

пожелтевшие вставные челюсти —

раскисают, и мелкие облака

выброшены, точно медузы.

берег неба

усеян бункерами бетонных крыш,

черными, тонкими, как аисты, антеннами.

осень, ты меня слышишь?

дрозд очумело крутится над кучей песка…

об осени можно писать красиво

без конца и края.

но какой в этом смысл?

осень, как ведьма: молодая, рыжая,

с выбитыми зубами, разбитым носом,

и ее забрасывают камнями,

мокрыми тряпками,

пестрым мусором.

осень, осень,

моя и твоя трехгрошовая истина…

«давай зажжем камин…»

давай зажжем камин,

выманим красного зверя

на горький запах дыма.

давай отбросим всеядность,

давай помолчим,

будто глухонемые король и королева

в средневековом замке:

шкуры разбросаны по полу, как облака,

терьеры дремлют, вздрагивают во сне,

и простая мелодия счастья медным обручем

крутится в голове.

ты пьешь кофе за круглым столом,

обняв большую теплую чашку двумя руками —

задумчивая Ева с яблоком.

уютно потрескивает тишина.

тишина – будто усы кота: хочется за них подергать

и даже припалить или постричь.

сможет ли тишина после нас жить,

ловить мышей?

как тишина будет без людей?

а ветер снаружи сдирает звук

с заснеженных костей

воздуха,

срывает клыками вяленое мясо

с потемневших ребер ветвей.