Савитри

Мир слишком разный пришла улучшить и спасти Савитри,

Его несведущую душу тяготило ее величье,

И из туманной бездны пришел ответ ужасный,

Как отголосок той борьбы, падения и горя.

245. Жить вместе с горем и смерти смотреть в лицо Савитри предстояло,

И участь смертная уделом стала её Бессмертья.

Таким путем попавшая в капкан земных судеб,

Покинутая счастьем, присущим от рожденья ей,

Земное одеяние темной жизни примеряя,

250. Скрывая суть свою даже от тех, кого любила,

Свершившегося часа тяжких испытаний ожидая,

Божественность взрастала человеческой судьбой.

Разъединило мрачное предвиденье её

От всех, кому она была сияющей звездой, опорой;

255. Столь сильную опасность и такую боль делить с другими невозможно;

То горе, что должно прийти, она таила в своих израненных глубинах.

Как тот, кто наблюдает за людьми, слепыми от рожденья,

И взваливает ношу расы, не осознающей это, на себя,

Прибежище врагу давая, которого должна питать своей сердечной мукой,

260.

Не ожидая помощи, пришлось ей ужас испытать, и бросить вызов, и предвидеть.

Давно пришло предсказанное, роковое утро,

С собою принеся вослед обычный будний полдень.

Природа следует вперед, могущественный избирая путь,

265. Не обращая совсем внимания на то, что разбивает жизнь иль душу;

И, умерщвленных оставляя за собой, идет она вперед:

Лишь примечает это человек, и видит всё всевидящее око Бога.

Но даже в тот момент отчаянья души,

В свидании жестоком с болью и неизбежной смертью,

270. Не вырвался из губ Савитри ни зов о помощи, ни даже стон;

Ни с кем не поделилась она тайной своей беды:

Спокойным было её лицо, и мужество безмолвной делало её.

Лишь внешнее страдало существо, усилья прилагая;

Божественной наполовину была в ней человечность:

275. Открылся дух её всесущему и всеобъемлющему Духу,

Её природа ощутила всю Природу своею собственной.

Все жизни по отдельности несла она внутри себя;

Весь мир она в себе держала, невозмутимо отстранившись:

Единым стал благоговейный страх её с великим страхом мира,

280. А сила опиралась на космические силы,

И с ней была любовь вселенской Матери.

Но по сравнению со злом, боль приносящим основам жизни,

Её беда была всего лишь обычным рядовым явленьем;

И из страданья своего она сковала тайный острый меч.

285.