Последний молот

– Тебе плешь отвратная гляжу думно, что я здесь от своей хотелки сижу? – скрипнула зубами Лелианна. – Вот заряжу твою дымелку гномьей радостью. – девушка, засунув кинжал за отворот высокого левого ботфорта, показательно похлопала себя по левой стороне пояса. На котором средь множества кошелей покоилась травлинка с порохом по соседству с кожаной кобурой из которой выглядывала рукоять самопала, редкого колёсцевого затвора, точной копии того же что и на правом боку. – Так пыхнешь, остатки пеньков корявых выскочат через затылок.

Альберт, не найдясь с ответом, насуплено выдохнул дымное облако в сторону, и чуть не задавился следующей затяжкой от крика Ансгара восседающего на крыше экипажа. (Вороны)

С крыши повозки показалась наголо бритая голова юноши, чей распахнувшийся проказами ветра плащ на миг показал усиленный металлическими пластинами хауберк. Голубые глаза северянина смотрели с небывалой тревогой, в одной руке Ансгар сжимал лук с наложенной стрелой, другой указывал в сторону маячивших на севере, за мёртвыми полями, высоких прорежённых круглыми башнями серых городских стен.

Словно стягами, украшенных нанизанными на колы телами.

– Рехнулся щенок какие вороны. – сплюнув с козлов, нахмурил брови возница. – Их в этих краях не видели со времён падения! Почитай пол века. Ишь разыграть решил! Вот крикнул бы умертвие, рвать его в холку волкодлак али кающиеся вот тоды и поверили бы!

Но триаду Алберта прервал сильный тычок локтем под бок. Лелианна недвусмысленно повелев «заткнуться» уже сама зацепилась взором за чёрно-свинцовый небосвод над проклятым городом.

Ведь там аккурат вокруг дымного столба, чье невидимое из-за стен чернея как говаривали ночи пламя, питающее злобой низкие грозовые тучи. Ловя распахнутыми крылами, потоки воздуха, низко парили едва приметные точки. Парили над городом, от которого всеми правдами и неправдами старались держаться подальше (Скарабеи). Именно так нарек простой люд и пограничные гарнизоны, алчущие добычи поисковые отряды навроде ихнего, что ватагами висельников, душегубов или наголову лишённых ветеранов – вольных рубак рыскали по безжизненному пятну на севере вольных королевств, проклятому графству, отнятому от света творца.

Пару мгновений девушка всматривалась в порхание птах – вестников смерти, а затем, решительно единым разом затрубила в небольшой рожок, что висел на стенке дилижанса под кованным светильником стеклянных стенок. Давая сигнал к остановке всего «Гуляй города».