Пограничная зона

Мысли автоматически переключаются на то, что полусветский хроникёр с нехарактерной лиричностью называл «стрёмным и горьким вечером». Не стоит поддаваться наваждению флэшбэка – ни сейчас, ни в размытом потом.

Но он поддаётся.

***

В оливковом сумраке видимый мир пульсирует в унисон с невидимым. Который – невидимый?

Поздно.

Мглистое грозовое сияние придаёт трясинному ландшафту чёткость барельефа.

Пляска болотных духов, огни на взметнувшейся зыби. Не сквозняк шелестит у взмокших висков – шторм уже здесь, он вызрел в пограничных глубинах или ещё дальше, на обратной стороне глубин.

Битумное море ложится на вязкий берег.

Агония ломанных силуэтов. Экстатическая. Торжествующая.

Он с ними.

Но за чертой.

Шулерский метод выхода не применялся. Кому рассказать – посмотрят в глаза и не поверят. Пограничье хлещет из него, через него. Опять.

Всю его жизнь этот шторм засыпал, пробуждался, забрасывал в обманчивый штиль сердцевины, выносил пеной к драному небу. Нынешний вал – девятый?

Неизвестно.

Грозовой фейерверк требует жертв. Что же это – буря или охота? Охота или жатва?

Неизвестно. Неважно.

Прямо по курсу – великий выворот наизнанку. Пограничье не будет прежним. Мириады болот на подступах к черте не будут прежними. Ватная мякоть дневного мира не будет прежней – не сможет быть.

Следующий удар молнии – вопрос мгновений. Мишеней в избытке.

В зону поражения настойчиво лезет персонаж, загробно окрашенный зеленоватой полутьмой – штормовой или болотной?

Неважно.

Гортанный выкрик. «Отвянь», в переводе на литературный. С которого языка? Не вспомнить. Неважно.

Планомерно умирающая от голода находка для шпиона – дрогнувший подбородок, безучастные глаза – отскакивает.

Охота завораживает, но охотник действует спонтанно, немотивированно, непоследовательно: игнорирует тех, кого не жалко, спугивает добычу, которой извращённо симпатизирует…

И не отшатывается от «любимого врага», то есть единственного приятеля на болотце.

***

«Не было ничего, ты просто временно помешался», – думает он, завязывая шнурки. – «Не в первый раз: ты же ходок за черту, видишь то, чего нет, не видишь того, что есть. Пограничную зону заволокло туманом – вот и все последствия великого выворота, а к самоубийству любимого врага ты отношения не имеешь. Птеродактили загодя наболтали условно похожую историю? Дату он выбрал чересчур удачно? Есть такая штука: совпадение.