Твой сон осенней ночью. Сборник историй, которые заставляют задуматься

Наконец, губы Чанёля обхватили холодные губы Бэкхён и тут же прервали поцелуй, давая обоим отдышаться от новых нахлынувших чувств. Когда они привыкли друг к другу, Чан продолжил то, что начал, и попробовал вновь на вкус Бэк. Чанёль чувствовал, что старшая очень волнуется в его сильных руках, поэтому он обхватил талию Бэкхён сильнее, чтобы та почувствовала опору и защиту с его стороны. Постепенно этот нежный, детский поцелуй перешёл в более взрослый, настоящий. Бэк острыми ноготками царапала крепкую шею Чана, а Чанёль медленно стал спускаться ниже талии, сам не до конца осознавая то, к чему всё это ведёт.

Он просто думал лишь о подарке для Бэкхён.

Эта ночь была наполнена ими двоими. Не было в осуждающем мире никого, кроме них двоих. Пак старался сделать всё как можно безболезненно, а Бэкхён просто наслаждалась им, но после этой искры эмоций Чанёль сотню раз прокручивал в голове весь день, ища ответ на вопрос, как всё это произошло, что обнаженная Бэкхён лежала рядом с ним.

Уткнувшись в подушку, она пропускала тихие всхлипы, стараясь как можно тише, чтобы Чан их не услышал.

– Я же говорил, что в итоге тебе будет больно, – приобнял за узкую спину Бэкхён Чан, стараясь своим теплом и нежностью успокоить. – Лгунья.

Всхлипы стали ещё громче, сопровождая поток слёз. Бэкхён знала, что Чанёль её не любит, поэтому Чан понимал, как старшей было стыдно и мерзко от самой себя, ведь именно она была тем, кто попросил Пака, не задумавшись о его чувствах. Несмотря на то что башня её предупреждал, что ей будет больно, Бэк всё равно настояла на поцелуе, зная, что произойдёт в дальнейшем.

На утро Чанёль проснулся в поисках Бэкхён рядом с собой на кровати. Открыв глаза, он заметил, что девушки нет в этой маленькой комнатушке. Пак надел на себя штаны и озадаченно пошёл на кухню, услышав оттуда странные звуки.

– Доброе утро, Ёль! – улыбнулась Бэкхён светлой улыбкой.

Бэк уже не была той, кем являлась недавно ночью. Её лицо светилось ярче утреннего солнца после дождя.

На ней свисала белая рубашка Чана, а сама она готовила их плотный утренний завтрак. Чанёль был удивлен, ведь он вообразил другую картину дальнейших действий: Бэкхён плачет, дружба рушится, Чанёль жалеет, но не может ничего уже с этим поделать. Но больше всего его удивило то, как назвала его Бён… Ёль.

– Что-то не так? – спросила Бэк, увидев задумчивое лицо Чана. – Садись, завтрак готов, – опять вернула себе эту лыбу, что вызывает отвращение.

– Да.