Умоляй меня

Я прищуриваюсь, наблюдая, как она пытается справиться с юбками, но они не слушаются и продолжают накрывать принцессу с головой воздушным облаком.

– Помочь? – с насмешкой спрашиваю я, снимая темные очки и убирая их в карман рубашки.

Взгляд Карины исподлобья должен был прибить меня к месту, но я в очередной раз попадаю в омут ее серых, стальных глаз.

Хороша! Я буду развращать ее с превеликим удовольствием.

Достаю нож, и принцесса тут же забывает о платье. Как кролик за удавом, она следит за движениями лезвия.

Я наклоняюсь, принцесса срывается на визг, и я от души отвешиваю ей пощечину, чтобы заткнулась. Одним движением отсекаю дебильную юбку от платья, распарываю ее вдоль и отбрасываю в угол.

Поднимаю взгляд и понимаю, что оставил принцессу в одном корсете.

В соблазнительном, расшитом кристаллами, мать его, корсете!

По щеке Карины расплывается красное пятно от моей пощечины. Губы дрожат. В глазах собираются слезы. А я в шаге от того, чтобы броситься на нее, распластать на матрасе и познакомить со всей длиной моего твердого члена.

Отступаю.

В планах у меня падение дочери олигарха, добровольное распутство. Я сделаю из нее первостатейную шлюху, жадную до удовольствий. Грязных и извращенных. Я буду снимать, как унизительно она будет выпрашивать трахнуть ее во все дыры, отдать парням, пустить по кругу. А потом буду это хоум-видео отправлять ее папаше вместо частей тела.

Мне кажется, это изощренная месть, и очень образная. Отправлять по кускам последние признаки добродетели его принцессы.

В семейный архив, превращающийся в порноколлекцию.

Я отворачиваюсь и поспешно выхожу, закрыв на ключ дверь ее клетки. Выключаю свет, погружая принцессу во тьму.

Мне нужен ее страх, ее осознание безнадежности, а не насилие. Насилием я ее быстрее сломаю, но папочка наймет мозгоправов и вернет свою дочь к нормальной жизни. А я не хочу, чтобы у этих выродков была нормальная жизнь. Я хочу, чтобы они корчились от боли и осознания непоправимого.

Поэтому ломать я принцессу буду долго и только с ее желания.

А я заставлю ее желать все те грязные вещи, которые готов провернуть с ее девственной щелью.

Поднимаюсь в комнату охранников, смотрю на мониторы. К ним подключены все камеры наблюдения. И та, что снимает подвал и мою пленницу.

В темноте наощупь она находит распоротый мной подол и подтаскивает к себе.

Неужели собирается приделывать юбку на место?

Но нет, она ложится и накрывается бестолковым облаком вместо одеяла.