Голубиные дети

От него шёл странный запах, и Пашку снова накрыло воспоминанием, только жутким. Кто-то так пах в его прошлом, кто-то большой, близкий и опасный.

Впрочем, Шурик опасным не выглядел, а вот беспомощным – ещё как.

– Пашка, – пробормотал Шурик, кое-как ворочая языком. – Пашка, друг мой, я хотел вспомнить хоть что-то… Тебя почти вспомнил… Но этот жук! – Он потряс кулаком в воздухе. – Этот жучила всё испортил, Пашка. Теперь опять забуду…

– Ладно-ладно. Пойдём домой.

Пашка подхватил Шурика и помог ему спуститься к жилищу, кое-как затащил внутрь, в прихожку.

Там Шурик упал и дальше идти отказывался. Пашка устроил его на мхе, пробормотал:

– Что же король с тобой сделал?..

– Какой он, к бесам, король!.. – Шурик вдруг развязно, по-моряцки выругался, так что у Пашки глаза на лоб полезли. – Па-ра-зит он. Только светится красиво. Эта голубятня… Понимаешь, ему выгодно! Сломать её выгодно. Чем больше новичков, тем больше надо сил на них тратить. Магии там, не знаю, как он это делает: пуф – и разлетелся на огоньки…

– Какой магии? Зачем?

– Ясно же: чтоб забывали прошлое, чтоб не росли.

И были при нём всегда – служили, развлекали… Но на всех, видимо, уже не хватает сил. Я сейчас усну. А ты больше не пируй, понял? Не пируй. Иначе даже имя своё забудешь. Рыжий вот… Рыжий не помнит. А я…

И Шурик действительно уснул, оставив Пашку с разинутым ртом и полной кашей в голове.

Вернее, наоборот: всё только прояснялось, вставало на свои места.

Очарование прошлого вечера – всё это братство и светлячки над водой – окончательно улетучилось.

Только что Пашка узнал ужасную вещь: каким-то образом король отнимал у мальчишек все воспоминания о том, что было до голубятни. И у Пашки тоже: как ни старался, он не мог вспомнить ничего, что было раньше Белой дамы.

Ох, как же хотелось драпать, да со всех ног!.. Сверзится с этого дерева-переростка, сбежать от короля – и в лес, к Связующей голубятне, пока король её не разрушил… А что дальше?

Пашка вцепился в Шурика и стал его трясти.

Тот мгновенно подскочил, ошалело озираясь по сторонам.

– Я не сплю! – Он громко зевнул. – Дурацкие ночные дозоры…

– Надо бежать! – перебил его Пашка. – К голубятне!

– А что, уже началось?

– Что началось?..

– Наступление. – Шурик посмотрел на глубокий порез, что сделал по приказу короля, так же спокойно, как если б это были наручные часы. – Какой сейчас день?

– Первый… – оторопел Пашка.