Битва при Молодях. Неизвестные страницы русской истории

Денег Конону за потерянный товар никто не вернул, но он и сам их не требовал, предпочтя поскорее убраться из опричной тюрьмы домой в Москву.

После этого случая купец привечал князя Дмитрия Ивановича как родного сына, тем более, что им с женой Марией бог детей не послал.

Князь со Степаном проехали мимо храма во имя пророка Илии, который был в строительных лесах, мимо примыкавших к храму, сильно обгорелых срубов монастыря, мимо обширного монастырского кладбища и остановились возле купеческих хором.

Двухэтажное каменное здание, в котором жил купец, сохранилось после прошлогоднего пожара только потому, что вокруг него не было деревянных пристроек, столь любимых всеми москвичами, а на обширном дворе не росли деревья и кусты.

Конон пережил один московский пожар за несколько лет до этого и предпринял после него ряд действенных мер, чтобы уберечь свое немалое имущество от этой страшной погибели.

Степану было велено немедленно известить двух живших неподалеку опричников о том, что, по указу царя, им надо будет немедля ехать с князем в Смоленск.

Сам же Хворостинин поднялся в светлицу, находившуюся на втором этаже купеческого дома.

В небольшом помещении было жарко от выложенной изразцами печи и сумеречно, поскольку через оконные стекла только чуть брезжил утренний свет. Неяркий свет шел также от нескольких восковых свечей, стоявших на специальной медной подставке посреди светлицы.

За большим столом, расположенным посредине помещения, князя ждал Конон.

Это был высокого роста крепко сложенный пожилой мужчина с рыхлым мясистым лицом, сплошь заросшим черной бородой и усами. На лице купца выделялись глаза зеленого цвета, которые, казалось, способны были просверлить собеседника насквозь. Все неспешные движения Конона были спокойны и уверены.

На купце была синяя шелковая рубаха, поверх нее зипун из красной хлопчатобумажной тафты без рукавов и малиновые суконные порты, заправленные в высокие черные сапоги; голову покрывала маленькая тафья синего цвета.

Яркая многоцветная одежда демонстрировала достаток и приверженность хозяина русским обычаям.

Конон поздоровался со своим постояльцем и велел Марии нести еду. Жена поставила на застеленный белой скатертью стол горшок с гречневой кашей, только что вынутый из печи, плошку меда, каравай свежеиспеченного пшеничного хлеба и кувшин парного молока. Рядом с принесенными блюдами хозяйка расставила оловянные миски, кружки и ложки.