Ведьмин путь

Едва сев в поезд, я обнаружила в багажном отсеке сумку – привет от Верховной, с «реквизитом», легендой и напутствиями. И, конечно, не удержалась от соблазна. Ехать – двое суток, а я так давно не работала, что сразу и нервно приступила к делу.

От изучения легенды-роли отвлёк телефонный звонок. Достав сотовый, я улыбнулась. Натка. Мама.

– Алё, Златуся! – заверещала она звонко, едва я взяла трубку.

Я насторожилась. Это ненормально… «Мимимишками» Натка не страдает. И не шибко разговорчива, больше слушает. А она заливалась соловьем:

– Ты в дороге, да? Верховная добилась своего? О, конечно, я всё знаю! Чтоб я не знала, как у дочи дела! Куда едешь? А когда на месте будешь? – трещала Натка, глотая окончания.

 – А зачем, расскажешь? Или это страшный секрет Круга?

Я попыталась вставить хоть слово – то же «привет», но…

– Ты замаскировалась, надеюсь? Ты, несуразность рыжая, слишком заметна, а это вредит делу. Кроме, конечно, того, когда на тебя твой бывший парень запал – этот, из наблюдателей.

Но теперь-то тебе приключения не нужны, верно? Волосы покрась в чёрный. Нет, лучше в белый. И пудры побольше! И…

– Нат! – не выдержала я, наконец сообразив. – Ты что, опять беременна?

А в ответ – тишина. Только тихое сопение. Ну, точно…

– Когда? – сурово спросила я.

– Не знаю… – Натка шмыгнула носом.

Не успела обрести черты одна проблема, как проявлялась вторая.

– А за пацанами кто присмотрит?

Она только вздохнула.

– Так, – я посмотрела на часы. – Давай-ка на этом остановимся.

Проревись, успокойся и перезвони. Порядок действия запомнила?

– Угу, – Натка снова шмыгнула носом и послушно положила трубку.

Я бросила сотовый на подушку и невидяще уставилась в окно. Чёрт…

Натка, моя приёмная мать – нечисть. «Лиса». Мне было четыре, когда на нас с мамой напала спятившая нечисть – по документам «паук», а на самом деле… Останки опознанию не поддавались. Мама погибла. Натка находилась рядом и бросилась на защиту ребёнка – для нечисти чужих детей не бывает.

А в ярости «лисы» страшны – разорвала противника на лоскуты, распустила на нитки, выпила силу нападавшего и поглотила душу. И забрала меня к себе. Маленький городок – почти деревня, даже документы оформлять не стали. Отец и остальная родня если и существовали в природе, то признаков жизни никогда не подавали.

От меня ничего не скрывали: да, нечисть, да, немного колдовать умеет, да, такие «волшебные люди» существуют. А я без неё боялась даже на улицу выходить.