Хоббит и кольцо всевластья

Теперь твоя очередь давать ответ. Итак, где ты был все эти годы?

Гэндальф поежился, словно на него налетел холодный восточный ветер и поплотнее закутался в серый плащ.

– Я искал палантиры. Остальные.

– Не понимаю. Разве Око Дракона не сказало тебе все про Кольцо?

– Нет. В нем оказалась только часть общей головоломки. Хотя и не малая. Остальные куски мозаики оказались в других камнях. Вот их поисками я и занимался все это время.

– И как успехи? – полным участия голосом спросил Саруман. Он заметно оживился.

Гэндальф вздохнул. Некоторое время он не отвечал и о чем-то размышлял, положив подбородок на рукоять своего посоха.

– Почему ты молчишь? – наконец не выдержал Саруман.

– Потому что говорить нечего. Я не нашел их.

Видно было, что эти слова достались ему немалым трудом.

Саруман еле сдержал выпирающую из него радость. Грудь его поднялась и опустилась. Оба мага некоторое время молчали. Затем Гэндальф встал и направился к выходу.

– Постой, – попытался остановить его Саруман, – а что ты узнал от Ока Дракона?

Уже в дверях, не оборачиваясь, Гэндальф кинул:

– Обо всем подробно я сообщу на Совете, который ты созвал.

Не хочется повторяться.

Хлопнула за Гэндальфом дверь. Саруман остался один. Долго смотрел он на закрытую дверь, за которой скрылся его собрат по магическому искусству. Затем на его устах появилась загадочная улыбка.

– Ах, Гэндальф, Гэндальф, – произнес он, – а ведь я почти дословно знаю все, что ты скажешь на Совете.

Зря ты так скрытничаешь. Тебе не обогнать меня в этих поисках. Сколько бы ты не старался, я все время буду первым. Даже больше! И сегодня я, наконец-то, собью с тебя спесь.

Он опять замолчал и задумался. Мысли его целиком были заняты событиями последних пятнадцати лет. Что-то их слишком было много этих событий. Крупных событий. Важных событий. Как-то отразятся они в будущем? И слишком активную роль вдруг в них стал играть Гэндальф. Куда более активную, чем он – Саруман Белый, глава совета Светлых магов и Мудрых эльфов.

Да-да, Гэндальф! Он, который и раньше везде совал свой нос, вдруг стал совсем уж вездесущ. Ни одно мало-мальски крупное событие в Средиземье не проходило без его самого активного участия. Разве не он устроил знаменитый поход на Одинокую Гору, направив туда Торина Оукеншильда? Как ловко он тогда сыграл на сребролюбии гномов! Ловкач! И чем это кончилось? Был убит Смог! Разразилась великая битва.