Следы Сиятельного. Пункт назначения

– Эндрю, покажи нашим зрителям картину места происшествия! Господи, боже! Они сбивают ракетами военные вертолеты!

– Адори, это «Джавелин». Исправься, пожалуйста.

– Да-да. Смотри-смотри! Танковый батальон Лос-Анджелеса выдвинулся! Третья волна штурма началась. За ними едут…. Кажется, это грузовики с пехотой и машины огневого прикрытия.

Раздались сигналы воздушной тревоги. Перед камерой пронеслось несколько объектов, оставив после себя инверсионные следы реактивных снарядов. Девушка вскрикнула только спустя полсекунды.

Вертолет накренился, едва не выкинув своих пассажиров за борт.

– Что это, черт возьми, было?! Эндрю, ты снимаешь?

В камере показалась рука второго оператора. Очевидно, Эндрю хотел показать, как дрожат его пальцы, но он продолжает выполнять свой служебный долг.

– Адори! Это неправильно! Полетели отсюда! Ни один репортаж не стоит наших жизней. Это «Джавелины». Переносной противотанковый ракетный комплекс. Ими выстрелили со стадиона через удаленную систему наведения на цель.

Мы все! Слышишь! Мы все у них как на ладони! У «Храма Душ» есть спутниковое прикрытие, позволяющее видеть все происходящее. Уходим отсюда.

Камера накренилась, показав сначала Чарли, лежащего без сознания, а потом ногу индианки с раной на бедре. Она вела репортаж, никому не говоря об этом. Последние кадры удаляющегося вертолета засняли вид стадиона сверху. Ранее зеленый газон футбольного поля сейчас устилали ряды трупов убитых заложников. Четыре тысячи погибших за первые восемнадцать часов.

4 июля 2025 года.

Полдень. Начало Второго Пришествия.

Часть 2 из 3

После восемнадцати часов принудительного нахождения на жестком сиденье трибуны болельщика в ошейнике смертника привыкаешь ко многому. Не страшно снять штаны и помочиться под сиденье человека спереди. Плевать, что они сейчас думают! Ценность питья осознаешь на восьмой час, когда жажда усиливается, тело слабеет, а намека на освобождение не предвидится. Вода – источник жизни, но никак не спасения! Психоз у соседей по ряду, взрыв ошейника при попытке бегства, молитва, выстрелы и взрывы неподалеку.

Я видел все за эти восемнадцать часов! Уже почти не чувствовался запах крови от того толстого безголового парня, что сейчас валялся в проходе, но следы крови на ступеньках и моей одежде никуда не делись. О кусочке плоти, упавшем мне прямо в руки, я тогда не думал. Просто спрятал мысль в дальний угол сознания, быстро освободив ладони. Вытер их о штаны. Хватало и других причин для паники.