Запрещённые дети

– Константин Романович, ещё раз благодарю, что вы решились приехать, для нас каждый спасённый ребёнок бесценен, – приторный тон директорши обволакивал, заставляя задыхаться и бежать прочь, но Илья вжался в стену, надеясь, что охраннику не стукнет в голову делать обход в разгар дня, оторвав свою тушу от удобного кресла внизу.

– Признаю, что был неправ, когда демонстрировал скептицизм. Вы меня впечатлили! Браво. И насчёт бюджета… – Константин Романович понизил голос, – я больше не буду ратовать за то, чтобы сократить образовательную программу вашего приюта.

Вы доказали, что это не бесполезная трата ресурсов. Моя дочь бегло, но убедительно продемонстрировала, что учёба пошла ей впрок. Разумеется, там могут быть пробелы в знаниях, но, учитывая обстоятельства… Вы совершили чудо!

– Вы меня перехваливаете, – порозовела директорша, – но от предложенной помощи не откажусь.

– И ещё кое-что… – Константин Романович замешкался, – мы же условились, что про дочь никто не узнает?

– Вы можете быть уверены, что в архиве Горной Компании не будет никаких отметок о её особом профиле.

Считайте, её здесь никогда не было, девочка просто уезжала за Хребет на длинные каникулы. Я всё улажу, не беспокойтесь.

– Благодарю, – он водрузил очки на место и откашлялся, – а этот мальчишка, который приставал к моей Эле… Это же у него потерялась младшая сестра? Слухи по Сити ходят самые нехорошие…

– Не стоит верить слухам, – резко прервала директорша, давая понять, что визит окончен.

– Ну что же, у вас тут и правда душно, – заторопился бухгалтер.

 – Так я пойду, раз все формальности соблюдены?

И с позволения директорши мужчина торопливо застучал подошвами, удаляясь к выходу.

А Илья рванул к чердаку, молясь всем богам, чтобы никто не попался ему на пути. Взлетев на стремянку, он единолично приник к стеклу, больше не опасаясь нечаянно столкнуть соседку.

Сверху, с чердака, сцена их ухода была настолько фальшивой, что Илья мысленно изумился, почему никто из приютского начальства или хотя бы это «добренькая» воспитательница не бросается вдогонку, чтобы вырвать покорно опустившую голову девочку из лап совершенно чужих людей.

Всё его нутро сопротивлялось, так что пришлось до боли прикусить губу, чтобы подавить возмущённый крик. Он не мог позволить раскрыть себя. Только не сейчас. Сиди тихо и терпи, ты же сам недавно мечтал о том, что родители заберут тебя отсюда. Вот ей и повезло. Может быть, завтра повезёт и тебе и ты тоже вырвешься.