Катись, демон! или Заветное желание

Дернув за еловую лапку украшенной к Новом году елочки во дворе, я поднялся на крыльцо. Дверь открыла женщина с гладко зачесанными назад волосами. Сказав, что сообщит господину Тафту о моем визите, она прошла в дом. Я двинулся за ней следом, по пути оглядывая помещение.

Чувствуется, что когда-то в этом огромном замке все сияло роскошью. Под высоченными потолками гремели балы на несколько сотен гостей. Но сейчас он явно переживал не лучшие времена. По стенам, обтянутым старой тканью, облупившейся лепнине, потертым перилам и полу с видавшим виды паркетом было видно, что здание просит ремонта – хотя, скорее уж, требует и давненько.

А вот запах… Я повел носом и прищурился. Сладковатый, нежный и свежий – в точности как тот, что был у незнакомки, которую я вчера поцеловал, а теперь забыть не мог. Чудится. Алые небеса, что эта девчонка сделала с демоном, до сердца которого еще не долетела ни одна женская стрела?! И как ей это вообще удалось?

Лучшие демоницы становились спутницами де ла Фонтейна, но ни одна точеная ножка не ступила дальше моей спальни! Как эта юркая стрекоза сразу проскользнула ко мне в душу?! Расположилась там, как у себя дома, и даже не думает уходить, нахалка этакая!

Что происходит, в конце концов, я же не сопливый юнец, чтобы терять голову от одного поцелуя, за который, тем более, тут же получил по морде!

Встретившая меня женщина тем временем сообщила о прибытии гостя.

– Позвольте мне самому все объяснить, – зашел в гостиную и посмотрел на старика у камина.

Он глянул на меня поверх очков с круглыми маленькими стеклами, похожими на пенсне. Подслеповато щурясь, подошел поближе, и я отметил, что у них с замком много общего. Дед тоже был когда-то рослым красавцем, это чувствовалось. Но теперь лучшие его годы остались позади.

Впалая грудь, сутулость, свойственная многим высоким мужчинам, изрезанное морщинами лицо и обширная лысина, обрамленная белыми прядками.

– Добро пожаловать, господин де ла Фонтейн, – Тафт указал на кресла около камина. – Присаживайтесь. А где, кстати, Изи? – он огляделся. – Только что ведь была здесь. Вот егоза, уже умчалась. Нонна, подай нам чай, будь добра.

– Конечно, Уильям, – женщина ушла, я сел в одно кресло, мужчина занял второе.