Вредители

И внезапно обнаружил, что за время пребывания у Ёко-семпай тот изменился.

На тыльной стороне форзаца, сразу после последней страницы, было написано округлым девичьим почерком ? очень симпатичным, пусть и недостаточно однообразным, чтобы считаться каллиграфией:

Сегодня, в 18:00, на трамвайной станции Вакамацу-Кавада.

Кимитакэ хмыкнул.

Это что, приглашение на свидание?

Скорее всего ? нет.

Глава 7. Одеколон

В 18:00 Кимитакэ, как ему казалось, уже вечность переступал ногами на платформе Вакамацу-Кавада.

Солнце стояло по-летнему высоко и было ясно ? дню ещё не конец.

Хотя до конца рабочего дня оставалось два часа, на платформе постоянно толпились люди. Студенты, солдаты, рабочие, школьники, суровые старушки с повязками Ассоциации соседей, а один раз даже прошёл монах с огромным гроссбухом. Монах выглядил таким серьёзный, что казалось, у него в гроссбухе были записаны пороки и добродетели всего города.

Кимитакэ смотрел на прохожих, невольно запоминая самые колоритные типажи и размышлял, какое всё-таки остроумное изобретение ? униформа.

В ней даже мусорщик выглядит важным работником на своём месте. А ведь по умолчанию человек ? жалок. Мы не в Древней Греции и в наше время редко встретишь человека, который даже голым выглядел великолепно, как античная статуя…

Кимитакэ так плотно задумался о статуях, что и не заметил, как к нему подошёл незнакомый, очень высокий европеец в когда-то дорогом, а теперь просто старом пальто и широкополой шляпе.

На вид ему было лет сорок.

Волосы европейца должны были изображать ту же причёску, что и у Юкио, но вместо этого стояли торчком. А густо-чёрные усы и борода были подстрижены у корней, так, что казались нарисованными тушью.

– Это ты Кимитакэ?? спросил он по-немецки. И посмотрел на школьника с плохо скрытой надеждой.

– Да, это я,? ответил Кимитакэ, как умел. У них в школе было два иностранных языка: немецкий, чтобы учиться у союзников и английский ? чтобы допрашивать врагов. Китайским не занимались.

Учителя говорили, что в Китае хватает добровольных предателей.

– Замечательно, что ты говоришь по-немецки. Ваш хитрый язык мне никак не даётся. Меня зовут Хаим Леви, я тот самый учитель, про который тебе рассказывала Ёко. Мне пришлось уехать из Германии, но ваш хитрый язык упорно мне не поддаётся.

Интересно, чему он собирается меня учить?? подумал Кимитакэ. Но спросил другое:

– Почему вы хотели со мной встретиться?

– Мне нужна твоя помощь.