Present continuous. Текстолёт. Часть II

А следом за этой прекрасной аллитерацией появляется ещё одна фигура, таинственная, непостижимая, и поцелуем ставит свой штампик в темечко, где всё про тебя, малыш, наперёд расписано: когда, где, как. Не сказано только, зачем и почему. Вот это ты, карапуз, сам уже думай. Вот это твоё. Так что, дорогие мои, «хотитепоговоритьсомной», извините, но Каин рождается Каином, Авель – Авелем, бандит – бандитом, я – мною, вы – вами. Зе лессон из оуве гайз!

В отличие от голливудских смертей моих бывших учеников – пули, взорванные мерсы, яды, – я умирал, как самый последний урод.

За три дня ДО никого уже не узнавал, орал, дрался. Ночью изводил всех бредовыми монологами. Санитарка отказалась мыть и кормить. Сопалатники возненавидели меня и пытались вытащить мою вонючую кровать в коридор. Руководил ими одноухий уголовник, покрытый церковными куполами и выглядывающими из-под грязной майки русалками. Чтоб ты сдох, Вангог недорезанный. Я подозреваю, меня бы придушили на пару дней раньше, чем указано в моём штампике, но появился Писатель и всё уладил.

Измученное сознание моё согласилось вернуться, но только на пару минут…

– Слушай, Берлен, – сказал Писатель, – я пишу роман. Сюжет почти готов, сейчас вкратце расскажу. Мне нужно только твоё согласие, там немного про тебя и твоих друзей.

Он устроился поудобней на стуле, почтительно придвинутом уголовником, достал толстую папку исписанной бумаги, и я услышал:

«В далёкие времена, когда все живущие на земле твари были абсолютно равны, а Дьявол ещё только раздумывал, в кого из них вложить семена гордыни и высокомерия – в летающих высоко в небе? Или в гадов ползучих? В тех, кто после рождения припадает к груди матери? А может, в тварей подводных? Выбор огромный, но по согласованию с Богом – что-то одно.

Он, кстати, своими светлыми помыслами также ограничен Великим Договором НебоРеки. И неизвестно, как бы жилось сейчас всем живущим на земле, выбери эти два посланника НебоРеки разных тварей. Всё бы было просто и понятно. Нет, угораздило обоих остановиться на человеке. Есть подозрение, что первым, кто обратил на двуногого внимание, был всё-таки Бог. Дьявол больше склонялся к драконам и птицам, но в итоге оба сошлись на человеке. И давай загружать его по полной своими абсолютно противоположными программами. Хитренько подключили Дарвина. Объявили царём двуногого человечишку.