Наследники графа. Армэль

Виконта сразу поразило в нем то, что волосы священника, видневшиеся из-под шапочки, были почти такие же белоснежные, как перо лебедя, а глаза – очень светлые, прозрачно-голубые. Мать и сестра Армэля были блондинками, но все же их волосы имели нежный золотистый цвет, а брови и ресницы отличались более темным оттенком. В отличие от них у вошедшего юноши, казалось, нет ни бровей, ни ресниц.

Виконт поднялся, чтобы встретить незнакомца. Тот сдержанно кивнул, и сухо сказал:

– Добрый день, отец Армэль. Мое имя Василий Божезларж и я направлен к вам, чтобы познакомить вас со здешними порядками.

Пока вы не являетесь подданным[2 - Практически все население Ватикана – подданные Ватикана, имеющие паспорт и являющиеся служителями Католической Церкви.], а только гостем, вам нужно соблюдать определенные правила.

Служитель церкви говорил с легким акцентом, и когда он представился, Армэль понял что он поляк.

Как всегда бывает на новом месте, человек быстрее всего сближается с тем, с кем первым знакомится.

Так и вышло с Армэлем. Василий был младше него на два года. У них оказались похожие взгляды на религию, похожее отношение к Богу. Хотя Божезларж казался горячему и вспыльчивому виконту странным, поскольку прятал все свои эмоции где-то глубоко внутри, всегда оставаясь холодным и отрешенным.

Оказалось, что Василий хоть и сын польского дворянина, но долгое время жил в Курляндии, в Митау[3 - Митау или Митава (ныне Елгава) – столица герцогства Курляндского, которое существовало в западной части современной Латвии с 1562 по 1795 год.

].

***

– О нет, моя дорогая, – грустно улыбнулась графиня ди Грациани. – Я не из тех женщин, вокруг которых постоянно вьются поклонники. Мне не понять, наверное, никогда, как кому-то удается всегда быть в центре внимания, всегда быть кем-то любимой. Ради меня никто никогда не совершал подвигов и даже не дрался на дуэли.

– Может вас просто никто не любил? – колко проговорила племянница ее супруга, Исабелла Баретти.

– Может быть.

Даже, наверное, это так, – невозмутимо сказала Эжени.

Наконец дамы, придерживая шуршащие юбки, вошли в церковь святой Анны. Через несколько дней здесь должен был пройти обряд крещения дочери Эжени де Брионе, герцогини де Руаль, графини ди Грациани.

Пожилой священник отец Басилио стал объяснять женщинам, как будет проходить таинство, во время которого, как считается, ребенок рождается свыше, становится членом Церкви. Он передал графине текст молитвы матери.