Между грушей и сыром

 – Неожиданно эмоционально высказалась Татьяна.

Анне стало стыдно. Сколько она себя помнила, так заканчивались все ее разговоры с матерью: ей становилось стыдно даже за те слова, которые она не сказала. Анну раздражало, что мать УЖ СЛИШКОМ МНОГО понимает. Ничто не проскочит мимо нее, каждое слово, каждый жест будет ею пойман и, что самое обидное, ВЕРНО истолкован. Не поднимая головы, Анна встала, вымыла свою тарелку, налила в стакан «Кока-Колу» из холодильника и ушла в свою комнату.

Там она сразу почувствовала себя лучше.

Встала в дверях и с удовольствием осмотрелась. Двухъярусная кровать с толстым пуховым одеялом, письменный стол с вертящимся креслом, еще одно «дутое» кресло в углу, музцентр, небрежно разбросанные кассеты и компакты, пара книжных полок и постер на стене (афиша к фильму «Мой личный штат Айдахо» с Киану Ривзом) и еще много всяких прикольных фишек: фотки с прошлого Нового года, лист ватмана, расписанный ее прежними одноклассниками, когда она переезжала, шарж на саму Анну и ее лучшую подругу Аню Сыч, сделанный на Арбате.

Были еще какие-то смешные объявы, значки из разных городов и фотографии из Лондона, где они с матерью были прошлым летом. Классная комната. Никто не знал, сколько месяцев упорного труда потребовалось Анне, чтобы создать подобное совершенство, в которое не стыдно пригласить гостей. К сожалению, пока кроме самой Анны и ее лучшей подруги Ани Сыч, никто эту красоту не видел. Анна взяла ручку, тетрадку и книжку и залезла наверх, на второй ярус своей кровати писать сочинение.

Вечером пришел с работы Николай Семенович, сорокалетний усталый мужчина с печальными глазами. Месяц назад убежала его собака – замечательный и умный шотландский сеттер Баадер-Майнхофф или просто Бадди. Татьяне больше нравились кошки, а Анну с детства не приучили к домашним животным, поэтому Николай Семенович горевал в одиночестве и молча, не желая надоедать окружающим.

Николай Семенович вообще говорил мало. И ел мало, пил только в гостях, когда не надо было вести машину, да и тогда лишь пригубливал, спал мало, вообще ему не очень многого было надо от жизни.

Он работал экспертом в Центробанке, у него была прекрасная жена и вежливая девочка, к которой он ходил в школу на родительские собрания. Своих детей у него не было, поэтому он так привязывался к собакам, хотя совершенно не умел с ними обращаться. Бадди вечно куда-то убегал и не слушался никаких команд.

За ужином предки говорили о политике. Во всяком случае, это звучало как политика.