Чудовище в камышах

Змеи ведь существа такие, что могут, я где-то читал, сколько угодно спать. Хоть двадцать лет, хоть тридцать. Если им температура не подходит. Вот и тот змей, заснул и спал себе все это время.

– Сто лет?

– А что ему сто лет? Он же гигант. Для него сто лет, словно для нас одна ночь. А вот теперь, когда наступило глобальное потепление, он проснулся, выполз и теперь охотится. Как в мультике «Ледниковый период-2». Смотрела?

Катя кивнула. Доводы Еремы показались ей убедительными.

– Твоя версия вполне имеет право на существование, – сказала она.

 – И твоя, Данилка, тоже. Ведь если речь идет об ископаемом, то это может быть, как гигантский змей, так и крокодил. Или еще какая-нибудь тварь, похлеще них. А вдруг это динозавр? Вот бы было здорово?

Близнецы поежились. Они совершенно не разделяли Катиного восторга.

– Так, а почему нельзя выходить после заката? – словно что-то вспомнив, спросила Катя.

– А то, – Данилка понизил голос. – Этот змей-крокодил по ночам по деревне шастает.

– С чего вы взяли? – забеспокоилась девочка.

– Помнишь Мартына? – спросил Ерема.

Мартыном звали огромного и злющего пса. Он сидел на цепи и караулил бывший колхозный сад с вишней, сливой и яблоками. Так что вся ребятня его хорошо знала.

– А что с ним? – прошептала Катя.

– Пропал, – Данилка захлопал глазами. – Сегодняшней ночью. У магазина с утра только об этом и говорят. Только кусок цепи от него и остался. Всю ночь он выл на всю деревню, только перед рассветом перестал, а утром сторож Кузьма вышел его покормить, а Мартына и нет.

И никаких следов. Даже клочка собачьей шерсти не осталась. Только пустая миска.

– Дела! – весело воскликнула Катя. – Видать действительно этот змей-крокодил огромный, если такого пса, как Мартын, уволок, да еще и цепь порвал. Нелегко нам с вами будет на него охотиться.

Мальчики переглянулись, в глазах у них появился неподдельный страх. Они явно пожалели, что рассказали подружке эту историю. Кто же ожидал, что Катя решит лично устроить охоту на таинственное чудовище?

– Только вот что, – Катя вдруг резко погрустнела.

 – Во всем этом деле меня больше всего волнует совсем другой вопрос.

– Какой?

– Где же мы теперь купаться будем?

Близнецы только пожали плечами. Странные дела творились в Разгуляевке.

ГЛАВА IV

ПЕРВАЯ РАЗВЕДКА

Хороши в деревне летние вечера. Трещат дрова в печке, за которой поет свою бесконечную песню сверчок.