Женщина-левша. Нет желаний – нет счастья. Дон Жуан

Поздно вечером они шли по подъездной дороге мимо гаражей, где нет-нет да и щелкали капоты радиаторов, по направлению к телефонной будке. Остановившись перед будкой, отец сказал:

– Мне нужно позвонить.

Она:

– Но ты ведь можешь это сделать дома.

Отец коротко ответил:

– Моя сожительница ждет! – и вошел в будку.

Плохо различимый за рифленым стеклом, он набирал номер, делая много лишних движений.

А потом они пошли вверх по холму, мимо тихого, сонного поселка, откуда до них только раз донесся шум: в уборной спускали воду.

Она:

– Что же сказала твоя сожительница?

Отец:

– Хотела знать, принял ли я капсулы.

Она:

– Это все та же, что и в прошлом году?

Отец неопределенно махнул рукой:

– Теперешняя живет в другом городе.

Они шагали по верхней окраине поселка, где уже начинался лес. Шел мелкий снег, снежинки, падая, шуршали сухими дубовыми листьями и скапливались на замерзших лужицах собачьей мочи.

Они остановились, посмотрели на огни в долине.

В одном из домов-коробочек где-то внизу заиграли на рояле «Элизе».

Она спросила:

– Ты доволен, папа?

Отец отрицательно покачал головой и сказал, словно этого жеста как ответа было недостаточно:

– Нет.

Она:

– А ты представляешь себе, как можно было бы прожить жизнь?

Отец:

– Ах, оставь эти разговоры.

Они пошли дальше вдоль опушки леса; время от времени молодая женщина поднимала голову, и на ее лицо падали снежинки. Она смотрела куда-то в глубину леса, где все застыло в неподвижности – так легко падал снег.

Далеко за редкими деревьями поблескивал водоем, куда стекала тонкая струйка воды, разбиваясь с легким звоном о дно.

Она спросила:

– Ты все еще пишешь?

Отец рассмеялся.

– Ты хочешь спросить, буду ли я писать до конца своих дней, не правда ли? – Он повернулся к ней: – Мне кажется, я когда-то избрал неверное направление в жизни, но я не виню в том ни войну, ни другие внешние обстоятельства. И мое писание представляется мне иной раз пустой отговоркой, – он хихикнул, – а иной раз и нет.

Я так одинок, что вечером, перед тем как заснуть, мне часто не о ком даже подумать – просто оттого, что целый день я ни с кем не общался. Как писать, если тебе не о ком думать? А с той женщиной я, к примеру, встречаюсь главным образом затем, чтобы, когда умру, меня вовремя нашли и труп мой не валялся бы слишком долго в забросе. – Он хихикнул.

Она:

– Перестань дразнить меня.