Приключения Оливера Твиста

Расстояние между ним и Лондоном уменьшилось не более чем на четыре мили, когда в голове у него мелькнула мысль, сколько ему придется вынести, прежде чем он достигнет места своего назначения. Обстоятельство это так поразило его, что он замедлил шаги, раздумывая о средствах добраться до места. В узле у него ничего не было, кроме черствого куска хлеба, грубой рубашки да двух пар чулок. В кармане всего один пенс, подаренный ему Соуэрберри на каких-то похоронах, когда он экстраординарно хорошо исполнил свою обязанность.

«Чистая рубаха, – думал Оливер, – хорошая вещь, и две пары чулок тоже, и пенс, но всего этого мало, чтобы пройти шестьдесят пять миль в холодное время». Тут Оливер, который отличался необыкновенной находчивостью и деятельностью, когда нужно было разобраться в разных затруднениях, растерялся, подобно большинству людей, когда дело дошло до того, чтобы справиться с этими затруднениями. После долгих размышлений, не приведших его ни к каким положительным результатам, он молча переложил свой узелок на другое плечо и продолжил путь.

Двадцать миль прошел в этот день Оливер, и за все это время ничего не ел, кроме сухих корок хлеба и нескольких глотков воды, которую он выпросил у дверей коттеджа, стоявшего у самой дороги. Когда наступила ночь, он свернул на луг и, забравшись в стог сена, решил пролежать здесь до самого утра. Сначала он очень боялся, прислушиваясь к стону и свисту ветра, свободно разгуливавшего по полям. Он был голоден, ему было холодно, и он более чем когда-либо раньше чувствовал себя одиноким.

Он чувствовал себя совершенно окоченелым, когда проснулся на следующее утро, и до того голодным, что поспешил обменять свой пенс на кусок хлеба в первой же деревне, через которую проходил. Он не прошел и двенадцати миль, когда снова наступила ночь, проведенная им в этот раз на незащищенном от ветра болотистом месте. Когда на следующее утро он встал и двинулся в путь, то еле передвигал ноги.

Дойдя до подошвы горы, он остановился, поджидая ехавшую сзади почтовую карету, и попросил милостыни у сидевших снаружи пассажиров. Но они не обратили на него внимания, а некоторые предложили ему подождать, пока они доедут до верхушки горы, чтобы дать им возможность посмотреть, как скоро может он бегать за полпенса. Бедный Оливер попробовал бежать рядом с каретой, но оказался не в состоянии сделать этого по причине страшной усталости и израненных ног.