Гроб из Екатеринодара

Русского офицера нечистью не испугать!

– Верно, чего меня пужаться, я ж не злой, – обрадовался Скрыбочкин. – А ежли про меня в каких-никаких местах идёт дурная слава, дак энто несправедливо, энто тёмные люди по своей недограмотной глупости распускают дезинформацию. Как будто у них не существует забот поприятственнее. Между прочим, я иногда и тверёзый бываю. Не говоря уже об том, што сохраняю здравомыслимость в любом состоянии, даже при повышенном унутреннем градусе.

– Видишь: он, оказывается, ещё и по-нашему умеет шпрехать, – проговорил майор на ухо своей спутнице.

 – Сразу видно, что подсадная утка.

Они вошли. А чернокожий капитан остался за дверью.

– Выпьем, – предложил Скрыбочкин, выудив из-за стойки несколько разнокалиберных бутылок.

– Да нет, – смущённо пошевелил носом майор. – Гурдов нам ихних по командировочному мало выделили. А надо ещё всякого барахла накупить, чтобы дома, понимаешь, торгануть.

– Не бери в голову. Я угощаю. Знаешь, братан, где они у меня все? – Скрыбочкин поднял к глазам серый от кладбищенской пыли кулак и ударил им по столу.

 – Уважают! У меня тута полное государственное обеспечение: бери што хочешь. Не только себе, но и земляку могу дозволить. От души. Пей забесплатно ради исключения.

– Это другое дело, – обрадовался гость. И, забыв о своей спутнице, занялся алкоголем. Впрочем, белокурую красотку тоже не требовалось приглашать дважды.

Между первой и двенадцатой бутылкой чего под руку попадёт майор поведал свою историю.

Его фамилия была Сундуков. Прибыл он сюда в командировку вместе с женой Анжеликой (которая, кстати, скинув туфельки, уже старалась под столом прижаться к Скрыбочкину между коленей). А служил он совсем недавно ординарным лейтенантом екатеринодарского авиаполка. И, по своей азартной натуре имея шесть миллионов карточного долга, не упускал любой игры где бы то ни было. Однажды, являясь дежурным по караулам, он играл ночью в преферанс, запершись с тремя арабскими курсантами на складе горюче-смазочных материалов.

Тут случилась попытка военного переворота в Москве. Изменники в военном руководстве стали поднимать полк по тревоге, дабы тот летел к столице выбрасывать десант на Кремль и Белый дом. Однако преферанс был в разгаре, ставки оказались слишком высокими, и вдобавок Сундукову шла карта. Потому он приказал часовому никого не пропускать вплоть до применения оружия. Двое суток самолёты не могли заправиться горючим.