Ключ ко всему

Он порой превращался в маленького старичка, и невозможно было ворчуна Свена выдернуть из дурного настроения, только отвлечь.

Пирог был бесподобен. Иноземная волшебная вишня на вкус была совсем непохожа на неприхотливую родственницу из местных садов.

К обеду отправились на ярмарку. Лэрт Блэкстоун и Свен ушли на стрельбы. Ида встретила Маргариту Торн и отправилась к оружейникам уже с ней. К стрельбе из лука они опоздали, пришлось довольствоваться зрелищем метания ножей. После награждения победителей все разбрелись по своим группам.

Маргарита заметила Криспину и потянула Иду к ней. Старшая из сестер Торн громко смеялась, с обожанием глядя в синие глаза высокого блондина из девичьих мечтаний. Рядом с ним стоял столь же высокий темноволосый мужчина, показавшийся Иде смутно знакомым.

Маргарита поприветствовала компанию. Ослепительный блондин представился Лермонтом Фальтом и поцеловал Иде руку. Второй же, не удостоив присоединившихся девушек взглядом, назвался Рикардом. Ида тут же вспомнила модистку и проблемы беременной кузины братьев Фальт.

Когда лэрт Рикард встретился взглядом с Идой, в его глазах отразился непередаваемый ужас и удивление. Он отшатнулся, но быстро взял себя в руки.

Беседа с новыми знакомыми была весьма занимательна. Лермонт сыпал остротами, Маргарита от него не отступала. Криспина мило улыбалась. Она без сомнений, была умна, но за подвешенным языком сестры ей было не угнаться. Впрочем, красивая внешность и обаяние с лихвой компенсировали недостающее. Рикард вскоре извинился и ушел.

Он, в отличие от брата, становился всё мрачнее.

Лермонт развел руками, наблюдая за удаляющейся спиной брата:

– Думаю, нам следует простить лэрта Рикарда за дурное настроение. Ему сейчас приходится непросто.

Криспина участливо поинтересовалась:

– Чем же лэрт так озабочен? Я помню его обычно более общительным.

– Первую половину ночи лэрт проектирует оружие для королевской армии, а вторую половину ему снятся кошмары.

– И давно лэрт страдает?

– Почти месяц. Но самое обескураживающее обстоятельство заключается в том, что на утро он просыпается усыпанный дохлыми мышами, как лепестками роз.

Общее недоумение повисло в воздухе.

Лермонт повторил:

– Мышами. Иногда в его постели встречаются и крысы. До десяти штук, каждое утро.

Сестры вздрогнули от омерзения. Но Маргарита не могла не вставить шпильку про крыс в постели и многочисленных дам сердца лэрта Рикарда.

Ида, закаленная деревенской жизнью лишь вслух удивилась, что ни одна кошка столько не натаскает.