Провинциальная история

— Погоди, — Анатоль привстал на стременах, вглядываясь в гущу леса. — Нам туда… если не ошибаюсь.

— А если ошибаешься?

Лес выглядел… лесом. Не сказать, чтоб совсем уж непролазною чащей, но и не особо дружелюбным. Зеленел мох, торчали из него хлыстовины кустов, переплетались меж собой ветви молоденьких деревьев, будто пытаясь удержать друг друга.

— Тогда не туда, — легко согласился Анатоль, спешиваясь.

Он потянул повод, но конь упрямо замотал головой, явно не желая пробираться сквозь дебри.

— Погоди, — Ежи закрыл глаза, настраиваясь на окружающий мир, пытаясь уловить в нем ту самую неправильность, которая свидетельствовала бы о наличии чар.

Мир был.

Неправильности не было, кроме разве что неудобного поворота, будто тот, кто прокладывал дорогу, вдруг наткнулся на стену, которую и вынужден был объезжать. Но стены не было! Ни простой, ни магической.

Или сейчас не было, а лет двести тому была?

Что он вообще о тех временах помнит? Ежи оставил седло и потрогал мох, убеждаясь, что и тот-то вполне себе обыкновенен.

Война была.

За наследство… что-то там про князя, который умер, оставив сыновей или, наоборот, не оставив? Проклятье. История никогда-то Ежи не интересовала, казалась чем-то далеким, неважным. Междоусобицы? Были. Точнее сказать, случались время от времени, особенно до тех пор, пока Соколиное знамя не встало над Китежем. С той поры-то все и прекратилось.

Благословенное восшествие.

Поклоны князей… а ведь, если память не отшибло, это аккурат двести лет тому случилось.

Правление Всеволода Благословенного.

Большой договор между людьми одаренными, ведьмами и прочими все… он ведь помнил. Когда-то. И экзамен сдавал. И… а теперь в голове пустота, гулкая да звонкая, что в старом горшке.

— Идем? — Анатоль закинул повод на ветку ближайшего дерева. Конь поглядел на него с неодобрением. — Ничего, мы недолго. Волков тут нет, а от дурных людей сам отобьется.

Жеребец у Анатоля был хорошим, степных кровей, диковатого норова и дурных привычек, о которых в городе знали, а потому вряд ли сыщется кто, рискнувший жеребца свести.

Своего Ежи привязал тут же.

Может, и не степной, и вовсе за Гильдией числится, но амулеты оберегут.

Лес встретил комариным звоном. Подавив желание немедля активировать защитное поле, Ежи отмахнулся от особо наглой твари, что вознамерилась испить мажеской крови немедля.