Пёс Её Высочества

До вечера было ещё далеко, и стоило сосредоточиться на других вещах. Разведчики никого не нашли у мельницы, но это ни о чём не говорило — лишь о том, что потенциальные враги не были дураками. Бьорн никогда не боялся возможной драки, но теперь предвкушение стычки омрачали опасения за принцессу. Гном и его подружка толковали о том, чтоб только припугнуть короля, вредить Беттине вроде бы никто не собирался, но что если исполнители, встретив сопротивление, забудут о приказах?..

Что ж, это будет последняя ошибка в их жизни.

На узкой лесной дороге снова пришлось отстать и ехать за каретой. Прикатанный погодными заклинаниями снег поскрипывал под копытами и полозьями, бряцала сбруя, изредка переговаривались люди, на верхушках елей иногда трещали сороки — никаких посторонних звуков, никаких лишних запахов. Сонная лесная тишина обволакивала, давила на нервы, заставляя всё чаще оглядываться.

Когда из-за деревьев наконец донёсся приглушённый шум реки, Бьорн почти обрадовался.

На берегу деревья расступались, дорога поворачивала вправо, к мосту.

Мельничный сруб из потемневших, почти чёрных брёвен возвышался на противоположном берегу, слева, чуть выше по течению. Место было выбрано грамотно: естественный порог не давал реке течь свободно, вода срывалась с камней узким, мощным потоком, с силой била по надсадно скрипящему колесу, а потом с плеском и гулом неслась дальше, подпрыгивая на камнях. Под мостом бурлило и пенилось, мелкие брызги летели во все стороны и тут же замерзали: с деревянного настила и перил свисали причудливые бороды сосулек, ветви склонившихся к воде кустов скрылись под ледяной коркой, берега покрывала блестящая, скользкая даже на вид глазурь.

Вокруг не было ни души. Бьорн растёр озябший нос рукавицей, но лес всё так же пах мокрым деревом, хвоей и снегом. Возле мельницы и впрямь лежали сугробы, странно, ведь после смерти мельника местные к ней не подходят, и, значит, некому было нагрести такие кучи...

Голова ещё осмысливала увиденное, пытаясь понять, что не так, а рука уже выхватывала меч.

Резкий металлический звук сработал как сигнал, воздух наполнился звоном покидающих ножны клинков. Эрик, успевший с несколькими бойцами перебраться через мост, обернулся, тоже схватился за меч...

Его конь взвился на дыбы, едва не уронив седока в снег. Спустя мгновение самый большой сугроб зашевелился, поднялся во весь рост и двинулся к капитану, распахивая гигантские ручищи так, словно желал его обнять.

Снежных троллей Бьорну доводилось видеть и раньше.