Ты станешь моей княгиней?

Я спас ей жизнь и теперь заявляю свои права на нее. Я беру Дарью в жены. Она согласилась остаться в нашем мире, со мной.

Старик покивал головой, как будто соглашаясь с ним, и сказал:

- Я вот сейчас не ВИЖУ ее здесь, с вами.

- Вы не имеете на нее никаких прав, - набирал силу голос Старха, - все решает ее добрая воля. Даша, скажи.

Я послушно дернулась, но сказать ничего не успела. Старик ответил, спокойно глядя на нас:

- Я клянусь, что без ее согласия не верну Дашу домой. Девочка, подойди, сядь здесь, мы просто поговорим.

- Она никуда не пойдет, - рыкнул князь.

- Вы забываетесь, - процедил старик ледяным тоном, - у вас или ваших предков есть основание не доверять нам?

- Нет… нет, но я чувствую, что вы что-то задумали и не жду ничего хорошего.

- Мы просто поговорим, - медленно и спокойно говорил старик, - вы не должны давить. У нее должна быть свобода выбора. Что вы так переживаете, если уверены в ее решении? Девочка, подойди.

Князь нехотя разжал руку на моей талии. Неотрывно сопровождая меня взглядом, он сжимал и разжимал кулаки.

Часто оглядываясь, я подошла и села рядом со стариком. Внутри все замерло -- ни одной мысли. Он погладил меня по голове, как когда-то, вздохнул и начал:

- Ты, конечно же, знаешь, что у князя были до тебя женщины?

- Он сам сказал мне об этом. Да я и сама тоже…

- Когда он вернулся с территории Хранителя, то действительно – отослал по домам своих наложниц. Да, в этом мире иметь штат любовниц это не преступление и даже не дурной тон.

Я ободряюще улыбнулась Старху и повторила его слова:

- Слышать это не очень приятно, но для меня это не имеет решающего значения, если все это было до меня.

Старх напряженно смотрел на меня и в его лице что-то изменилось. Я насторожилась.

- Няне он рассказал о тебе всё - доверял ей. И был раньше влюблен в ее племянницу, но, как наложница, она была недоступна – у женщины были другие планы на свою кровь. Когда она узнала об угрозе в твоем лице, то поняла, что придется использовать последний шанс.

Вечером она послала девушку в княжеские покои. Князь тогда думал, что ты для него потеряна, был опечален этим и расстроен (он только что слушал твою песню), устал после трудного дня и не устоял. Утешение было нужно ему, и он получил его в полной мере. Князь, я не солгал? Вам не кажется, что я отношусь к вам предвзято?

- Все так, – отвечал князь, не глядя на него и всматриваясь в мое лицо. Оно окаменело. Я уже понимала, что это не конец, что будет продолжение.