Найдёна Чужестранка: книга первая

Эти устройства настолько сложные, что большинство из тех, кто ими пользуется, не знает, как они работают, и не может ни сделать такое же, ни даже починить, если оно сломается. …Это, наверное, звучит, как бред сумасшедшей?

— Нет, — сказал волхв. — Твой рассудок смятён, но не повреждён. Мир, о котором ты рассказываешь, довольно занятный, только тебе там было не очень-то уютно, так?

Карина обречённо кивнула.

— Именно так. Не очень уютно. У нас… — она замялась: как бы объяснить волхву, что такое книги, а тем более фильмы? — У нас слагают басни о вымышленных мирах: о мудрых волшебниках, отважных воинах, прекрасных девах, о страшных чудовищах и могучих злодеях, которых побеждают благородные герои.

И мне, как и многим, хотелось бы побывать в таком мире. Но я была уверена, что этого никогда не случится…

— Теперь я сомневаюсь, действительно ли твой рассудок здоров, — проворчал волхв. — Зачем из своего мира, где тебе всё знакомо и понятно, стремиться в другой, где всё чужое и страшит тебя? Зачем мечтать о несбыточном, коли вы сами считаете, что иные миры — всего лишь досужая выдумка? И разве в вашем мире нет героев, злодеев, чудовищ и прекрасных дев, чтобы искать их в другой вселенной?.

.

— Мне казалось, — сказала Карина, — что мир, в котором я жила прежде — это и есть выдумка. Выдумка скучного и неумного сказочника. А настоящий мир — такой, как ваш.

— Как наш, — поправилась она.

Волхв с интересом воззрился на неё.

— Занятно рассуждаешь, — сказал он. — И ты довольна тем, что попала к нам?

Карина вздохнула.

— Сперва решила, что рехнулась, — призналась она.

— А сейчас?

— А сейчас я пытаюсь понять, чего я хочу больше, — сказала Карина, подумав, — вернуться назад… или всё-таки стать своей в этом мирн…

— А этого, девка, — усмехнулся волхв, — тебе не то что я, тебе и Боги не подскажут. Решай сама. …А пока — сходи-ка погуляй до сумерек. День солнечный, глупо сидеть в четырёх стенах. Не бойся, ни зверь, ни птица, ни человек, ни дух тебя не обидят.

* * *

Тесовая дверь волховской землянки затворилась за Кариной.

Она глянула вокруг и задохнулась от восторга. Нежно-голубое небо, сахарно-белый снег, чернеющие под инеем ветви вязов и дубов дышали свежестью и мощью.

К чёрным брёвнам возле двери были прислонены лыжи, рогатина и топор, которые Карина считала безвозвратно потерянными.

— Дивьи люди твою снасть принесли, — сказал волхв, который неслышно вышел следом за ней.

— Какие люди?

— Дивьи. Неужели не слышала о них?

— Слышала, — кивнула Карина.